Моё любимое Чучело

Он настолько сильно на него надавил, что я не рассчитала и уронила тарелку из своих рук, все бутерброды оказались на полу, и тут мама стала на меня кричать:

– Аврора, ну с тобой с самого утра? Ты уже не в состоянии тарелку удержать?

Не поднимая своих глаз, я стала собирать все кусочки бутербродов, при этом спрятав мой палец, который нарочно поранил мой братец. И тут Глеб вызвался мне помочь, как будто за меня заступился, а сам был безумно рад тому, что сейчас произошло:

– Ну что вы, Регина! Аврора просто не проснулась ещё.

– Сейчас мы испачкаем тебя кровью! Чучело!

Его ядовитый шёпот говорил мне о том, что мне не поздоровиться сегодня. Я пыталась вырваться из его рук, но он сделал порез на моей коже, от чего я вскрикнула, а он схватил меня за шею и прошептал.

– Только пикни. И я порежу твои вены. Поняла меня? – я кивнула своей головой в знак согласия, и поняла, что он настолько сумасшедший, что просто не выразить словами. Он может запросто пойти на преступление, какую игру на самом деле он затеял? Но тут кажется, ко мне на помощь пришли родители.

– Аврора, что там у вас? Поторопитесь вам ещё в школу нужно! – услышала я тревожный голос Андрея, который торопился на работу, а мне нужно было скрыть порез, который оказался совсем недавно на моём запястье.

– Увидимся в Аду! Смотри, как бы тебе там не сгореть заживо! – вылез из под стола Глеб, и направился в гостиную, от чего его догнал Андрей, ему было непонятно куда он так быстро торопился.

– Мы поедем все вместе. Пытался он остановить Глеба, на что тот надел свою куртку, при этом бросив едкий комментарий.

– На твоей развалюхе? Сам езжай! Не понимала я почему он считал машину Андрея Морозова каким-то хламом, а потом когда я поднесла все осколки к мусорному ведру услышала разъяренный голос дяди Андрея.

– Ничего я ему ещё покажу. Смотри, Регина, что он вытворяет! Школу прогуливает, меня ни во что не ставит! Это по-любому мне мстит из-за своей матери алкоголички.

– Андрюша, ну пойми ему просто тяжело сейчас! Он не может свыкнуться с её потерей!

На миг мне стало жалко Глеба, хотя как я вспомню его злые звериные глаза, то всё моё тело будто покрывается мурашками.