Обычные люди

В дальнем конце зала картины, подвешенные к потолку за цепочки, описывали полукруг, не соприкасаясь со стенами, а светящиеся золотые трубки вились между ними. Казалось, они существуют сами по себе, растут из золотого осьминога посреди зала – не было видно ни стыков, ни креплений. Но, присмотревшись, я заметила тончайшие капроновые нити, на которых они держались. Все было сделано так, что ах. После полукруга начиналась «Новейшая Эра». Под каждым названием и датой стояли пометки, в каких конкурсах участвовала работа и какой приз взяла.

Я постояла под люстрой-осьминогом, оглядывая зал, запоминая все так, как есть сейчас, – без людей, шампанского, фотографов. Сфотографировала на телефон зал, заблюрила так, чтобы было ничего не разобрать, но интрига сохранялась, и запостила в «Инсту» с пометкой «Сегодня в 7 p.m».

До открытия оставалось еще несколько часов, в которые я планировала сделать наброски для обложки альманаха параллельного курса по литературному мастерству, куда вошли несколько рассказов Стиви.

Сборник издавался за счет спонсоров, и мне даже обещали заплатить.

Но, стоя под осьминогом, я поняла, что ничего не получится. Что я сейчас выйду из галереи и отправлюсь бродить по городу, пока не настанет пора возвращаться. Буду смотреть на людей, машины, собирать энергию, чтобы потом направить ее в нужное русло.

Выходя, я заглянула в кабинет оформителей. Лу и ее коллеги расселись на коробках и сваленных в беспорядке предметах. Они ели принесенные из дома сэндвичи, смотрели видео на телефоне и хохотали.

Я не стала их отвлекать и направилась к выходу, но, когда двери разъехались, Лу заметила меня и крикнула:

– Удачного открытия!

Я обернулась – они салютовали мне сэндвичами и чашками. В ответ я подняла вверх большой палец и вышла на улицу.

Глава 4,

в которой открывается выставка

Я перешла на другую сторону улицы, пропуская машины, и снова стала смотреть на рисунки через окна. Золотой свет отключили, и зал вернулся в будничное, черно-белое состояние. Сновал уборщик, замелькали туда-сюда Лу и ее коллеги.

Техники вернулись с перерыва, поставили стремянку под осьминогом: один техник забрался на нее и проверял крепления, второй поддерживал лестницу. Тихая улица в центре: редкие машины не раздражали, пешеходов не было, раскидистые деревья бросали тень на тротуары. Мягкое солнце неназойливо грело голову и плечи. Все вокруг было совершенным, законченным, красивым – и деревья, и солнечный свет, и старое кирпичное здание галереи.