Дороги богов

Луи даже не успел удивиться происходящему, как из тени возник высокий бледнокожий чужак.

Рука привычно потянулась к мечу, но встретила пустоту. Существо небрежно и изящно взмахнуло ладонью, – на Луи навалилась апатия.

– Я здесь не для того, чтобы отнимать твою жизнь, юноша. – Вслух проговорил вериец. Голос у него был приятный и уверенный, черные антрацитовые волосы резко контрастировали с алебастровой кожей, на висках змеились татуировки.

Он вызывал интерес, этот чужой: пугающие большие глаза червонного золота, гибкая, но внушительная фигура, грация хищника.

– Чего тебе надо, проклятый? – Луи машинально сотворил рукой знак Лорин.

– Я здесь, чтобы позаботиться о тебе. – Неприятно улыбнулся незнакомец. – Скажи, Жанна Аделина де Стрейн – твоя сестра?

Луи вздрогнул при имени сестры.

– Она умерла. – Сухо ответил юноша.

– О, нет. Она жива. И очень беспокоится за свою семью. Твои родители ведь отплыли не так давно?

– Тебя послала Жанна? – С любопытством спросил Луи.

– Королева ничего не знает о нашей встрече.

Вериец с интересом наблюдал, как радость сменяет гнев на лице смертного. Сердце Луи выдавало гамму эмоций. Таких искренних, таких чистых!

– Вы не будете ввязываться в эту войну, доблестный граф. – Вериец сделал шаг в сторону смертного. Его тонкие губы позволили себе улыбнуться. – Вы будете в безопасности. Под моей защитой.

– Я дал клятву своему королю. – Вяло возразил Луи.

Тело плохо слушалось, будто юноша перебрал в дружеской попойке, язык едва шевелился.

– Ваш король уже продал свое королевство. – Вкрадчиво шептал голос. – Но не все еще потеряно, граф. Я не враг вашему миру. И не хочу этой бойни, так же, как и вы. Я хочу помочь.

– Зачем ты это делаешь? – Мысли путались все сильнее.

– Королева любит свою семью.

Глава 2. Королева Маледиктуса

Дай мне рухнуть вниз обреченным небом,

У моей тоски твой холодный взгляд.

Мир, где сны сбылись, оказался пленом,

В нем мне суждено потерять тебя.

(Маврин – «Боль, что осталась от нас»)

– Ваше величество? – Юная и прекрасная верийка будто только и ждала, когда девушка

проснется.

Жанна удивленно окинула комнату глазами. Это была все та же спальня, в которой она очутилась после церемонии. Тяжелый балдахин раздвинут, как и плотные портьеры темно-бардового цвета с золотой тонкой вышивкой. В окно заглядывает тонкий месяц – все, что осталось от луны.