Тамерлан. Дорога в Самарканд

Сразу, как покинул юрту, он нашёл преданных людей и велел сообщить, когда прибудет ответ, заодно перехватить гонца по возвращении. Приходилось просчитывать каждый шаг. И смотреть по сторонам. Тимур сомневался, что наместник ограничится ожиданием послания, – существовало множество способов избавиться от человека. Подговорить наёмников, отравить пищу, подрезать ремешок седла. Поэтому второе, что он сделал – усилил охрану. Окружил воинами дом Туркан-аги, увеличил количество нукеров, расставил барласов по городским точкам – заведениям, куда наведывались чины, – чтобы слушали сплетни и наблюдали.

Из шестидесяти воинов не нашлось бы никого, кто бездельничал.

– Даже если умрём, то умрём праведниками, – задумчиво проговорил Хасан-богадур, сопровождая Тимура по улице. – Я бы не изменил решения, как и остальные в арбанах. Вы верно поступили, отпустив наших шейхов.

– Хан воспримет это иначе. Мы в большой опасности.

– А когда мы жили в хорошие дни? Когда Казан-хан, да простит его Аллах, воевал с эмиром Казганом? Или когда Казган рвал глотки за южные земли?

– Если покинем Самарканд, куда поедем? – Тимур внезапно прервал движение, устремив взгляд в пространство.

 – У нас не так много союзников. Мы не готовы дать бой. Также как тогда…

Складка прорезала лоб молодого предводителя.

– Нам нужен человек, имени которого будет достаточно, чтобы заставить врагов бояться.

– И кто же это?

– Казган. Все эти годы он в одиночку противостоял чингизидам. Их влияние оканчивается у границ Хорасана.

Тимур улыбнулся.

– Когда я был совсем мал, эмир Казган сватал за меня внучку. Отец его уважал. Хотел объединить наши семьи.

– Что произошло? – поинтересовался богадур. – Вы не женаты до сих пор, хотя время давно подошло.

– Я не мог бросить Кеш. Мы оборвали связи, когда я отправился к Туглук-Тимур хану на переговоры.

– Да, это я помню, – кивнул мужчина. – Я вызвался вас сопровождать. В глубине души предполагал, что всё может обернуться скверно.

– Я сильно рисковал. Мой дядя Хаджи Барлас уехал в Хорасан, едва услышав о войске хана Туглук-Тимура, и соратник его, Баязид Джалаир, кажется, совсем растерялся.

В то же время я похоронил отца. Сторонники хана вот-вот учинили бы грабёж. Наши люди ждали лишь приказа, чтобы взяться за оружие. Всё, что я тогда понимал – это необходимость избежать побоища. Слава Аллаху, Туглук-Тимур хан внял моим доводам и никого не тронул. Но сейчас, – эмир покачал головой. – Сейчас его сын развязывает новую войну.