Кто там?

Обычно головные боли будят меня не раньше шести.

Надо подняться с моего первого этажа на второй, к Андрею. Мы с братом поделили этажи, в шутку называя их Андреевскими (брата) и Александрийскими (моими) владениями. Хотя никакие это не владения, конечно. Пара комнат внизу и столько же вверху. Плюс совмещенный санузел на моем первом этаже.

Мне сложно и стыдно это признавать, но нужно. Когда мою голову мучает взбесившийся слесарь со своими отточенными сверлами, я ужасно злюсь на Андрея.

Вот и сегодня, в четыре утра, когда апрельский рассвет еще и не думал заниматься, я почувствовала злость. Слова обвинения и неприязни вертелись на языке, мучили сознание и гнали меня на второй этаж.

Если бы не эта, непонятно на чем основанная – во всяком случае, непонятно этим свежим апрельским утром – злость, ничего бы и не случилось. Хотя…это был всего лишь вопрос времени.

Я шагала вверх по ступенькам и считала их. Один, два, три. Ладно. Возможно, по дороге мне удастся успокоиться. Боль стучала в висках, затылке и даже в ушах. Мне казалось, что еще немного, и эта боль польется из меня, прорвется бордовыми реками из носа, рта, глаз.

Злость, которую я еще могла остановить, превратилась в ярость. Острую, как только что наточенный нож. И ранила она меня точно так же.

В отместку мне тоже хотелось ранить. Андрей был лучшей, а в моем случае еще и единственной, кандидатурой.

Я предвкушала, как открою дверь в его спальню ударом ноги, буду кричать, оскорблять, вцеплюсь ногтями ему в лицо. Андрей будет беззащитен: я выдерну его из сна, и он заморгает плохо видящими без очков глазами. Он стерпит все и не ответит. Проверено.

Тринадцать, четырнадцать. Вот и последняя ступенька, пятнадцатая. Хотя уже неважно. Счет не помог ни мне, ни Андрею.

Осталось пройти десять шагов до блеклой, желтоватой, как в казенных заведениях, двери, ведущей в крохотную спаленку брата.

И тут меня остановил звук.

Никаких звуков здесь не должно было быть. Тем более в такое время. Дом наш хоть и маленький, но совершенно независимый. Он стоит в отдалении от других домов улицы: с ближайшими соседями нас разделяет добрый километр. Так говорит Андрей.