Паргоронские байки. Том 6

Лиловый мех растекся миллионами струй, пылающие глаза пробивали мрак прожекторами.

Он шел через пространство, пока пространство не распахнулось во всю ширь. Тьма выпустила Ксаурра, и он влетел в аркал – причем аркал громадный, в несколько раз больше паргоронского.

Но в нем не было воздуха и не было тверди – только пустота, безмолвный вакуумный пузырь. Шерсть Ксаурра улеглась, глазной свет ослаб, и он медленно поплыл вперед.

Несколько тысяч лет Смеющийся Кот почти не покидал Паргорона. Нет, он помнил, как ходить по высшим измерениям, он умел перешагивать в другие миры и иногда все-таки выбирался за Кромку погулять, поохотиться… но ненадолго.

Просто не тянуло. Он предпочитал дремать у огня Мистлето, вести задушевные беседы с Саа’Трирром, бегать в чернильной темноте Червоточин или играть с огромными кульминатами.

Паргорон – дом, где у него есть все.

Все, кроме того, чего за Кромкой все равно не найдешь. Того, что у него было когда-то, очень, очень давно… он уже почти и не помнил.

Но сейчас, когда он оказался в этом аркале, пустом и безжизненном, воспоминания вдруг вернулись.

Ксаурр услышал нечто, чего не было ни в Саа’Трирре, ни в Мазекресс, ни в прочих оживших органах, кусках мертвой плоти. Тут было что-то… нет, не живое, но нечто большее, чем то, что есть в Паргороне.

Оно было в самом центре. Оно, вестимо, и сформировало этот аркал. Разогнало Тьму, образовало пузырь пространства. Ксаурр подлетел к крохотному, мерцающему во мраке шарику и описал несколько кругов.

Словно жемчужина. Размером чуть больше когтя. Ксаурр осторожно коснулся гладкой поверхности лапой, подтолкнул… шар поплыл в пустоте. Ксаурр дернул головой, невольно ожидая, что и весь аркал сдвинется с места – но этого не случилось. Он покатал шарик еще, погонял туда-сюда – по-прежнему ничего не происходило.

Ладно. Пусть над этим подумает самый большой мозг в Паргороне.

Путь обратно был как будто короче. Ксаурр нес находку за щекой, стараясь не слишком сдавливать. Возможно, она прочней всего, что только можно себе представить… а возможно, она хрупка, как птичье яйцо.

Он не собирался проверять. Он даже не знал пока, что именно нашел, но это точно что-то важное.

Когда Тьма снова разомкнулась, выпустив его в такой знакомый, такой домашний аркал, и под лапами появились исполинские пики, Ксаурр немного притормозил. Протуберанцы Тьмы все еще извивались вокруг, все еще будто силились дотянуться, схватить, затащить обратно в чернильную гущу.