Паргоронские байки. Том 6

На одну секунду стихли крики, рев и скрежет стали о кость. Но потом свет схлынул, и битва снова пошла своим чередом.

Только в небе вместо двух Глаз Древнейшего остался один. Бекуян испепелил Согеяна.

Тот не сумел предвидеть свою гибель.

Теперь весы судьбы склонились к нактархимам. Бекуян обвел гохерримов взглядом и исторг синий луч. Тот вспахал землю, распорол огненной сохой и принялся сжигать всех, кого задевал.

Правый Глаз, в общем, уже свершил то, чего желал, но он дал нактархимам слово.

Однако гохерримы и нактархимы так густо перемешались, что убивать одних лишь первых было непросто даже ему.

Поэтому Бекуян обратился против кульминатов.

Его взгляд настиг Эрригу, последнюю из Ребер. Громадная демоница продержалась недолго – луч Бекуяна просверлил ее насквозь. Следующим стал Оппег, Кость Плюсны. Маленький для кульмината, но живучий… увы, недостаточно.

Могучие и несокрушимые, кульминаты один за другим рушились с грохотом. Сотрясая землю, раздавливая тех, кто оказался внизу.

Агг с ревом оттолкнулся ногами, и прыгнул в небо, и ринулся ловить Бекуяна. Небывалой длины рука выстрелила – и пальцы почти сомкнулись, почти расплющили Глаз. Тому пришлось срочно набирать высоту, спасать свою жизнь.

Тем временем внизу рухнул замертво Гаштерлодан. Стремительный Клинок не выстоял перед Каш’Истербхемом. Но в то же самое время Джулдабедан ударил шестом – и пробил горло Эй’Инерлионы, Принимающей Удар. Она была последней из Ногтей Левой Ноги и несмотря на ее имя – самой крепкой из всех.

Ее терпеливость и выносливость помогли ей выживать десять тысяч лет, она сотни раз получала раны, но каждый раз поднималась, каждый раз возвращалась в строй.

Гохерримы ненавидели это ее свойство.

Но сегодня Эй’Инерлиона приняла свой последний удар. Джулдабедан сумел сделать его смертельным. И на своем шесте он воздел ее голову, чтобы все видели – одна из первородных погибла!

Гохерримы возликовали, а нактархимы зашипели от ярости.

Джулдабедан тут же отшвырнул эту вытянутую, похожую на череп ящера башку и крутанулся вихрем – на него набросились сразу четверо.

В самом центре продолжали бушевать Руки. Согерахаб и Бекурахаб, Левая и Правая, Шуйца и Десница. Их словно очертило незримой линией, через которую никто не переступал. Даже кульминаты сторонились этих чудовищ, всесильных божественных дланей.

Словно драка пауков.