Изображая зло. Книга первая

«Ты ангел?» – прошептала она, созерцая безупречный лик, обрамлённый белыми кудрями. – «Если это правда, я готова отдать жизнь, только бы видеть тебя рядом». Неми обхватила её ладонь и прижала к горячей щеке. Этой близости не хватало обеим.

Пускай старик Платон сурово хмурит брови;

Тебе все прощено за таинства твои,

Владычица сердец, рай наших славословий,

И за сокровища восторженной любви.

Пускай старик Платон сурово хмурит брови.

Взгляд Виктории спустился вниз, на грудь, где должно было биться сердце искренней, но запретной любви.

«Я вижу тебя», – сказала Виктория, боясь спугнуть момент. – «Смерть тебе не к лицу».

«Смерти нет», – с улыбкой ответила Неми.

– Эй, эй! – кто-то бесцеремонно тряс её за плечо. – Очнитесь!

– Что? – Виктория вздрогнула и резко вскочила с дивана.

Наблюдая за тем, как она впопыхах пытается осмыслить ситуацию, Клод понял, что следовало разбудить женщину позже. Захваченная сном, она, не подозревая, шептала одно и то же имя – Неми.

– Виктория, – сочувственно произнёс бывший боевик, не зная, как развеять захлестнувшее её беспокойство. – Виктория, успокойтесь!

Но она уже пришла в себя. Подошла к шкафу и вытащила бутылку, которую не так давно распивала с Кроули.

– Я думал, бессмертным не снятся сны, – скромно добавил Каро.

– Сон снится, если есть воображение, – Виктория глоток за глотком прочищала горло. – Хвала небесам, я пока рассудка не лишилась.

– Плохо, когда мёртвых видишь.

– Я вслух разговаривала?

– Да.

– Что ж, – фыркнула она. – Скрывать всё равно нечего.

Тёплый кабинет тонул в сумерках. Очертания мебели размывались в подступающей темноте, и наиболее реальным выглядел рослый широкоплечий мужчина, не спускавший глаз с директора компании. Все остальные вещи терялись и прятались.

– Я не ожидала, что Неми умрёт, – призналась Виктория. – Одно дело, когда понимаешь, что с человеком вскоре придётся проститься, но другое дело – когда внезапно получаешь приглашение на незапланированные похороны.

– Да, Неми того не заслужила, – согласился Клод.

Он безмолвно наблюдал, как фрау Морреаф приканчивала бутылку. Когда последний глоток был сделан, её плечи передёрнулись, спина напряглась. Чувствовалось в этом нечто волнительное.