Изображая зло. Книга первая

 – Вы не понимаете, она стала другой. Совсем другой. Я боюсь не её, господин. Я боюсь того, что она со мной сделает, если я снова попытаюсь вклиниться в сознание!

Мужчина поморщился.

– Ты меня разочаровываешь.

– Нет, господин… Я не хотел этого, – парень мотал головой, по-прежнему не отнимая от лица ладоней, захлёбывался словами и ныл, как побитая собака. – Простите. Простите! Но эта… эта дрянь выкачала из меня все силы. Я ощущаю пустоту. Пустоту…

– Интересно. Так как её зовут? Она столько времени находится в поместье, а я ни разу не встречал её.

– Вероника Вэйн.

– Ах, Вероника! Хорошо.

– Что хорошо, господин?

– Я нахожу это забавным. В самом деле, забавно.

– Что забавно? – Винсент ощутил липкий холод.

– У всех, кого я когда-либо обучал, имена начинались с буквы «В».

– Нет! – выкрикнул парень, когда до него дошло, чем кончится разговор.

Одним резким движением мужчина сломал Винсенту шею.

– Я разочарован, – сказал он, рассматривая обмякшее тело. – Думал, ты способен на большее. Странно, тебя так рано сломали.

Войдя в комнату, он застал девушку за расчёсыванием волос. Напевая грустную мелодию, Вероника водила зубцами по рассыпанным шелковистым локонам, делая их и без того гладкими.

– Кто вы?

– Граф Рейналф Грэхем к вашим услугам.

– Вы хозяин этого дома?

– С чего вы так решили?

– Граф…, – Вероника, наконец, посмотрела на него.

Он ожидал увидеть затравленное одинокое существо, готовился к слезам и истерике, однако столкнулся со стеной похожего на айсберг спокойствия.

Должно быть, ей надоело ждать, когда покончат с несвободой и жизнью, и в этой роскошной комнате, где ныне покойный ученик предавался оргиям с её телом, Вероника обрела подобие внутренней свободы, а затем добила, каким-то образом отыскав лазейку и разрушив его собственное «Я».

– Я не только хозяин этого дома, – произнёс мужчина. – Я и ваш хозяин.

– Мой? – губы Вероники искривила язвительная усмешка. – Каким образом?

– Ваша жизнь и ваша свобода напрямую зависят от моего желания.

– Вы слишком самоуверенны, граф Грэхем.

Ни одна жертва не осмеливалась так с ним разговаривать.

– Вы тоже.

Вероника окинула его взглядом.