Призрак

– Алексей Валерьевич… можно просто Алексей, – представился Данилюк. – Взаимно. Спасибо, что выручили, Порфирий Михалыч… а-а… эти голодные духи за нами следом-то не войдут? Они ведь тоже призраки… или кто они такие?..

– Нет-нет, насчет этого не беспокойтесь, – заверил его Тряпочкин. – Голодные духи, к нашей с вами удаче, не умеют проходить сквозь стены. Просто не понимают, что это возможно. Для них стена – это… ну, как красные флажки для волков. Не преграда совсем, но… они думают иначе.

– Ах вот оно как… – слегка успокоился Данилюк.

 – Значит, тут мы в безопасности?

– В полнейшей. Намотайте на ус, юноша, убегать от голодных духов бесполезно, они будут идти по пятам вечно. Прячьтесь от них в домах.

– Но просто войти сюда они могут, я верно понимаю? Не сквозь стену, а просто в дверь. Если будет открыта.

– Это они могут, вы правы. Но обычно не заходят – не любят закрытых пространств. А если голодный дух все-таки попадет в какое-нибудь помещение, то скорее всего уже не сможет найти дорогу обратно.

Плохо ориентируются, понимаете?

– А кто они вообще такие? – спросил Данилюк. – Чего им от меня надо-то было?

– Да не от вас. То есть – не конкретно от вас. Голодные духи – это, молодой человек, наши же с вами собратья по несчастью. Такие же призраки, когда-то бывшие людьми. Только деградировавшие до скотского состояния. Теперь вся их жизнь, все их существование – ловить других духов и… кушать. Такая вот у них жизненная колея, простите за выражение.

– Ого, – только и смог произнести Данилюк.

 – Не позавидуешь.

– И не говорите, молодой человек. И не говорите.

– Это, выходит, они… какая-то нечистая сила? Или что? Священников они боятся, так?

– Не всех, к сожалению, далеко не всех, – покачал головой Тряпочкин. – В церкви люди тоже очень разные, и на большинство из них голодным духам начхать. Но встречаются иногда и такие, как отец Амвросий… подлинные старцы. От них нечисть действительно шарахается, как от огня. Но таких сейчас мало… да и всегда было мало.

Квартира, в которую вломились Данилюк и Тряпочкин, была обитаема.

Хозяева сейчас, понятно, крепко спали – причем прямо здесь, в двух шагах от беседующих призраков. Тряпочкин их игнорировал, да и Данилюк уже привык не обращать на живых внимания. Из любопытства он просунул руку сквозь одеяло и сказал:

– Порфирий Михалыч, давайте проясним один момент. Мы ведь с вами мертвы, верно? Я ничего не путаю?

– Само собой, юноша, – доброжелательно ответил Тряпочкин. – Мертвы, как дронт.