Король Севера. Любовь

Вы бы поступили так, попадись вам в руки, скажем, Молдлейт?

Вардис лишь насмешливо улыбнулся. К чему слова, все и так понятно. Когда к тебе попадает приближенный твоего врага, глупо церемониться. Нет, Моэраль не был щепетилен в таких вопросах, а Вардис так вообще не утруждался рассуждениями. Вся известная пленнику информация была бы выбита из него в первый же день, а уж насилием или уговорами – это как получилось бы.

Райсен прекрасно понял соперника. Один кивок солдатам, вошедшим в кузню вместе с ним, и пленника вмиг уложили на стол, на котором до этого кузнец любовно раскладывал инструменты.

– Итак, милорд, – голос Райсена так и сочился медом. Против воли Вардис почувствовал, как сжалось нутро. – Для начала вы расскажете мне, кто, кроме вас, на данный момент находится у Холдстейна в фаворе.

– О, я самый любимый слуга его величества, – Вардис стремился сохранять все то же благодушное выражение лица и, судя по всему, это пока удавалось.

– Ложь, – спокойно заметил Райсен. – На первый раз я вас прощу, но поймите, милорд, сейчас я ведь задаю простые вопросы, ответы на которые мне заранее известны, проверяю вашу честность, так сказать. И если я СЕЙЧАС приду к выводу, что вы лживы как шлюха, подумайте, сколько вам придется кричать ПОТОМ, чтобы уверить меня в вашей честности, когда я буду спрашивать уже всерьез?

Вардис молча пожал плечами.

– Хорошо. Второй вопрос. Тоже очень простой. Какова численность армии Холдстейна на данный момент и на какое подкрепление он еще рассчитывает?

Вардис вновь пожал плечами. Он мог, конечно, патетично воскликнуть, что мол армии короля севера столь велики, что при их приближении дрожит земля и боги падают ниц… Но зачем? Райсен все равно проверит сказанное доступным ему способом – путем пытки, так к чему строить из себя скомороха?

Рыжий все это, похоже, понимал.

– Хорошо милорд, – склонившись к лицу Вардиса, он заглянул ему в глаза. – Шутки закончились. Перейдем к серьезному делу. Сейчас я кое-что у вас спрошу и – предупреждаю – если вы не ответите, вам будет очень больно. Слышите? Очень больно. Так что врать и отмалчиваться не рекомендую.