Другие: Она чужая

– Сейчас их настроение далеко от спокойного, а узнай они эту новость, представляешь, что тут начнется? Сущая вакханалия!

Кэш смотрела ему в лицо. Даже в сумраке лестницы было видно, что оно испачкано, а после того, как он потер его ладонями, грязь размазалась еще больше. Кэш стало смешно и она, не удержавшись, хмыкнула, закусив губу отвернулась от него, все еще сдерживая улыбку.

– Ты хоть знаешь откуда взялось это слово, Булочка? Чему ты улыбаешься?

Ну вот опять! Кэш покачала головой. Откуда такой невыносимый характер?

– Ты весь в саже и сейчас растер ее еще больше, и я вовсе не смеюсь.

Лекс рассматривал ее лицо: девушка не только вкусно пахла, но и невероятно красиво улыбалась: белоснежная улыбка сверкнула в темноте яркой полоской, смягченная движением губ. Обманщица, что выдала себя за толстуху.

– Всё, – он поднялся со ступенек, возвысившись над ней. – Их все равно нужно предупредить и поторопить. Я попытаюсь добраться до начала очереди, оттуда начну двигаться к тебе.

Кэш опустила взгляд на сидящую рядом женщину. Она не бросит ее, а за свою жизнь ей можно не опасаться.

– Понятно. – Лекс поднялся, напоследок тяжело вздохнув. – Я прошу тебя, не останавливайтесь. Отдохнете потом, но не под завалами.

Он не сможет убедить эту упрямицу бросить старушку. Самосохранение – это, кажется, не про нее. Лекс обязательно вернется и, если понадобится, сам вышвырнет ее в окно, закроет своим телом.

– Хорошо. Ты тоже береги себя.

– Дай мне свой номер телефона, я позвоню, узнаю как у тебя дела. Если твой друг смог дозвониться тебе, то, наверное, и я смогу.

Кэшеди кивнула, продиктовала ему номер и в ответ записала его, просто нажав кнопку позвонить. Она сделала это скорее из-за желания успокоить его, чем на самом деле верила в то, что они созвонятся.

– Иди, мы ведь увидимся еще, – проговорила она, спрятав черный прямоугольник в кармашке.

– Ты знаешь, у тебя потрясающие духи. Ты так чудесно пахнешь.

Сумасшедший дом. Неожиданное признание, но когда еще как не сейчас говорить такие безумные вещи?

– Не надо геройствовать. Как бы ты ни хотела, ты не сможешь спасти их всех. Ты поняла меня?

Мужчина, прежде чем исчезнуть в толпе, поравнялся с ней, легко коснулся ее щеки пальцами.