Паргоронские байки. Том 3

Банкиры издали такой звук, словно лопнул воздушный шарик. Все одновременно всплеснули когтистыми ручками. Год выдался для Паргорона удачным, общий баланс Банка Душ вырос на несколько миллионов условок, и все демолорды остались с прибылью.

Почти все. Каген оказался единственным, чей демолорд закончил финансовый год убыточно. Но это никого не удивило – Таштарагис заканчивал убыточно почти каждый год. Он уже несколько раз требовал заменить ему банкира, а двоих даже убил, и в конце концов получил лучшего из всех, брата самого Мараула.

Так говорили Таштарагису. На самом деле, конечно, Банк Душ потихонечку сливал счет Бычьеголового. Было такое негласное указание. При всем своем богатстве Таштарагис оставался в Паргороне чужаком, на которого нельзя положиться. Почти все остальные демолорды разделяют плоть Древнейшего, своего общего первопредка, а Таштарагис – нувориш. Скоробогач, поднявшийся на массовом предательстве.

Поэтому за те четыре тысячи лет, что Бычьеголовый числился демолордом, его счет медленно, но верно усыхал.

И он прекрасно понимает, что происходит. Таштарагис не идиот. Но не может ни доказать это, ни как-то помешать. В Паргороне у него нет союзников, а бушуки зорко следят, чтобы он не попытался провернуть то, что когда-то провернул… тот, кого они не любят называть.

Баланс в итоге успешно сошелся. Пятьдесят один процент у демолордов и сорок девять – у всех остальных обитателей Паргорона. Точнее, пятьдесят один целый и три сотых процента, но это допустимая погрешность, баланс всегда немного гуляет вверх-вниз. В этом году он и так подошел к заветной «черте стабильности» почти вплотную – и это воистину стоило отметить.

Банкиры отметили Большой Аудит за пиршественным столом. Рекой лилось хмельное зелье, хрустели на зубах личинки Хлаа, уписывались головки сыра с плесенью, горстями загребались из чаш членистоногие, лягушки, мыши, яйца, икра.

Обсуждение бизнеса и перебирание богатств сильно возбудило бушуков. Они к тому же еще и сильно напились, алые глаза у всех пылали. Рогатые карлики десятками поднимали тосты, расхваливали друг друга, хлопали по плечам, лобзались…

– Янгфанхофен, не надо описывать оргию бушуков, – попросил Бельзедор.