Паргоронские байки. Том 4

Последние сто лет были скучными и печальными. Луминекс и в прежние эпохи жил в этом дворце, сторожил ценные боевые артефакты, но бытие было более насыщенным. Здесь работали Морские Епископы, сюда часто заглядывали сухопутные чародеи. У него были друзья.

Но потом они все погибли в одночасье. Сухопутные здесь больше не появлялись, а оставшиеся тритоны… ушли.

В этом была вина и Луминекса. Он растерялся от всего произошедшего, пришел в гнев и наделал ошибок. Возможно, когда-нибудь тритоны перестанут его бояться и вернутся, но сейчас он здесь один, если не считать порожденных его же магией слуг.

И теперь он с некоторым даже интересом смотрел, как отплясывает в кристаллическом зале Монго, как вращает огромным бронзовым посохом. Арикед Черный сделал его таким тяжелым, что ни один простой человек не сумел бы поднять, но сам он орудовал им легко… а Монго орудовал еще легче.

– Эта штука ничего не весит! – отшвырнул посох Монго. – Дай что-нибудь потяжелее!

– У меня есть боевой шест, выкованный Макроденитом, кузнецом титанов, – сказал Луминекс.

– Это уже лучше, – покивал Монго, взвесив на руке тяжеленный кусок железа. – Уже лучше. Но все равно слишком легкий!

– Ты под водой, – сердито напомнил Луминекс. – На воздухе он не будет таким легким.

– Какая разница – вода или воздух? – вонзил шест в стену Монго. – Ничего не весит, дай другой!

Луминекс немного оскорбился, но для него это уже стало вопросом гордости.

И тогда Луминекс сказал, что знает, где хранится самый тяжелый из боевых шестов. Клюка древнего бога Цидзуя, которую тот оставил на Парифате, когда боги разрушили ледниковое проклятие. Вонзив ее в океанское дно, Вечно Молчащий изрек, что никогда впредь не наступит в мире такая стужа.

– Цидзую она больше не нужна, – хитро ухмыльнулся Луминекс. – Сумеешь ее вытащить – она твоя.

– Фи, какая-то клюка, – наморщил нос Монго. – Но давай взглянем на эту палочку.

Далеко плыть не пришлось. Громада Мектеделя когда-то ведь и была выстроена именно возле клюки Цидзуя. Одно время парифатские чародеи пытались извлечь божественный атрибут, приспособить к какому-нибудь делу – но не хватило сил.