Паргоронские байки. Том 4

 – Я как раз наточил ятаган!

– Да пусть идет на все четыре стороны, – отмахнулся Йемедзийя. – Он же просто дерзкий мальчишка.

– Нет, пусть сначала отработает! – заволновался Зумбуг. – Мои шелка, мои специи!.. Знаете, сколько всего испортили эти обезьяны?!

– И много ли он в одиночку сможет отработать? – вздохнул Ия. – Он покрупней хибения, но все равно много не сделает. Да и работать он не умеет…

– Ты прав, – кивнул Йемедзийя. – Даже если закабалить его до скончания веку, много мы с него не получим.

Совести у него нет – ну и нечего ему с симами жить. Пусть идет к людям, у них тоже совести нет.

Ядко поискал в шерсти, задумчиво вывернул губы и убрал ятаган в ножны. Его гнев сошел так же быстро, как и нахлынул.

– Но если мы его просто прогоним, он может снова вернуться с кучей диких обезьян, – показал Зумбуг.

– Монго, пожалуйста, не возвращайся больше, – сделал добрый жест Ия. – Мы не станем наказывать тебя, если ты обещаешь больше никогда не возвращаться.

– А если вернешься – казним, – пообещал Ядко.

– Что ж, тогда мне придется пообещать, – легко согласился Монго.

В этот раз его провожали всем городком. До самой околицы проводили – убедиться, что правда ушел. Два корилланга вообще топали следом еще пару часов. Только когда вдали показались дымки, Монго подтолкнули в спину и сказали, чтобы шел туда, к людям. Там торговый пост Парифатской империи… тех земель, которые все еще носят это гордое название.

Официально считается, что человеческому императору принадлежит вся Шахалия.

Но на самом деле – едва ли ее четверть, большой полуостров на северо-востоке. Западнее и южнее – сначала Симардар, а потом вообще дикие джунгли, в которых никто не живет.

Когда Монго уходил в прошлый раз, то шел на запад, в эти самые джунгли. Теперь он двинулся на восток. Уже предвкушал, как будет веселиться в огромных городах людей, как приветливо встретят его эти двурукие, как обрадуются человеческие девицы.

Они, конечно, страшненькие, плосколицые и без волос, но если привыкнуть – пойдет.

Но первый город его разочаровал. Он оказался даже меньше убогого Херазо, чуть побольше какой-нибудь деревушки. Может, пара тысяч жителей, и все собраны внутри стен. Монго не знал, что люди так кучкуются, теснятся на узеньких улицах – и это его разочаровало.

В самом центре стояли старые дома, из мрамора и кристалла. Те, что возвели во времена Старой Империи.