Паргоронские байки. Том 2

Бесстрастное чудовище воспылало к Инеиде чувством искренней любви.

Даже если женщины себе в этом не признаются, им такое всегда приятно. Недаром же существует столько сказаний, где красавица спасает чудовище. Очень архетипичный сюжет, идет с древнейших времен.

Только вот Кеннис хоть и воспылал к Инеиде чувством, спасаться отнюдь не желал. Перед следующим свиданием он опять хорошенько утолил голод. Явился к своей возлюбленной сытым, с довольной улыбкой на устах.

Ел он теперь очень далеко, на землях других предстателей.

Не хотел, чтобы до Инеиды донесся даже случайный слух. Убивать он уже давно не убивал, выпивал не больше того, что человек мог потерять без ущерба для себя.

Так получалось выгоднее и для самого Кенниса. Бурдюки становились многоразовыми, а о его посещениях никто даже не узнавал. Одно дело – пара крохотных ранок на шее и странная слабость поутру, и совсем другое – обескровленный труп.

А прогулки с Инеидой действительно стали для него отрадой. Почти каждый вечер он прилетал на уговоренное место и наслаждался простой беседой.

Кеннис даже не представлял, как соскучился по этой возможности. Слишком долго он прожил один в лесу, слишком давно вел с кем-то нормальный разговор.

Инеида с каждым разом вела себя все свободнее. Она уверилась, что Кеннис оправился от проклятья, что он больше никого не трогает, и говорила с ним почти как с другом. Рассказывала о своей жизни, о делах, и расспрашивала о его путешествиях, о колдовстве.

Оказалось, что она слышала о старичине Дзо. Покойный огр был чем-то вроде местной достопримечательности, его многие знали.

Инеида была еще девочкой, когда он умер, но хорошо помнила огромную фигуру с коробом, полным целебных снадобий. Деревенские всегда радовались его приходу, норовили поболтать, угостить чем-нибудь.

– Мне тоже его не хватает, – покивал Кеннис. – Мой учитель был добрым стариком.

– А что, он не научил тебя никакому… ну, способу снять проклятье? – осторожно спросила Инеида.

– Это кобринская магия. Темное змеиное колдовство.

Дзо о таком и не ведывал.

– Так, может, книги какие остались? Ты не возвращался в его берлогу?

– Хижину. Мы с ним жили в хижине. Хочешь ее увидеть?

– Да она, наверное, далеко…

– Так я умею летать. Хочешь прокатиться?

– Но… меня же тетя ждет… – засомневалась Инеида, хотя пульс ее участился.

– Так мы быстро. Я очень быстро летаю. Разве тебе никогда не хотелось увидеть мир таким, каким видят его птицы?

Соблазн был велик, и девушка согласилась.