Девичья память

Девичья память

Евгения Липницкая

Этот сборник составлен из заметок и рассказов, написанных в разное время о разных людях, и больше всего похож на коробку с разными памятными мелочами, ничего не стоящими, но дорогими сердцу. Все совпадения не случайны, все персонажи реальны и бесконечно любимы автором.

Евгения Липницкая

Девичья память

Порядочные люди

– Женечка, вы дома? – доносится сквозь шум воды дребезжащий голосок.

Чертыхнувшись, наскоро смываю ароматную пену и выскакиваю из душа.

– Здравствуйте, Наина Ивановна! – кричу я через дверь ванной, натягивая на мокрое тело Сережкину футболку вместо банного халата, всё равно по длине почти одинаково будет.

Наина Ивановна, подозреваю, что она и есть та самая, пушкинская, – наша квартирная хозяйка.  Маленькая моторная старушка с задатками мирового лидера.

Меня она не одобряет, считая совершенно не серьёзной,  ветреной девицей, а вот Серёжу просто обожает – даже как-то организовала ему «случайное» знакомство с собственной дочкой.

Распахнув ногой дверь, прислушиваюсь, пытаясь определить в какую часть квартиры направила стопы железная леди. Тишина. Двигаюсь в направлении кухни, на ходу наматывая на голову полотенце. Если бы я пришла в дом в качестве ревизора, первым делом обследовала бы именно её – вероятность обнаружить то, что по мнению Наины Ивановны является бардаком, выше всего именно там.

Дедукция не подвела – прообраз сказочной ведьмы обнаруживается около крошечного кухонного стола.

– Доброе утро, – как можно дружелюбнее улыбаюсь я, – Не слышала, как вы вошли. Хотите кофе?

– Добрый день, – поджав сморщенные губы, ответствует Наина Ивановна, – Скоро полдень.

Ну да, забыла. Порядочные люди не спят до обеда, они встают с рассветом, чтобы успеть задолбать как можно большее количество окружающих.

– Так вы будете кофе?

Я улыбаюсь ещё дружелюбнее, кажется, только что установив в этом деле мировой рекорд. Не дожидаясь ответа, ставлю на плиту старенький, с вечно закопченным бочком чайник и достаю из шкафа ярко-жёлтую, в крупных ромашках, керамическую банку.

Подумав несколько секунд, Наина Ивановна благосклонно кивает и устраивается на табуретке, как птичка на жердочке.

– Мне без сахара, – важно сообщает она, – С молоком.