За клюквой. Рассказы

– Меня зовут Сергей, а его Егор, – без всякого энтузиазма сообщил Сергей.

– Вот и познакомились, – Лида повернула голову Славика в сторону книги, велела закрыть рот и стала читать ему книгу.

Шахматисты были на месте, Антона не было. Егор достал шоколадку и постучал по кружке. Игроки отрицательно покачали головами, а Николай добавил: «Подождем Антона».

– Сереж, но ведь замужним женщинам не запрещается есть шоколад, а мальчик, наверняка, никому никаких клятв не давал, – не унимался Егор.

– Если только ради ребенка… – неопределенно пожал плечами Сергей, и ребята стали приводить себя в порядок.

Они засучили рукава, пригладили руками волосы и проверили, нет ли в бородах посторонних предметов. Посчитав, что принятых мер достаточно, захватили шоколадку и отправились к Лиде со Славиком.

– А мы вам шоколадку принесли. Я читал, что если вечером из-за шума ребенок не может уснуть, а на следующий день он вялый и рассеянный – лучше шоколада ничего нет. Славик, ты сегодня вялый? – участливо спросил Егор.

– Спасибо, вы очень начитанный, – улыбнулась Лида.

– Я же говорил, что им нужна помощь, – обрадовался Егор.

– А еще, в качестве компенсации за вчерашний шум, мы хотим напоить вас чаем и рассказать про Алтай, – добавил Сергей.

– Нам здорово повезло, что послали только делегатов, – засмеялась Лида.

Сергей побежал за чаем, Славику поручили сходить за сестрой, а Лида убрала со стола книжки, протерла стол и развернула шоколад.

Тем временем в купе, где продолжалась упорная игра в шахматы, появился Антон. Он долго искал свое полотенце, тщательно вытер руки и спросил: « А где мужики?»

– Взяли шоколадку и куда-то пошли, – сообщил Николай, не отрываясь от шахмат.

Такое заявление насторожило Антона. Немного посидев, он спросил: «А портвейн взяли?»

– Нет.

Это озадачило его еще больше. Какое-то время он сидел молча, а потом попытался выяснить, в какую сторону пошли Сергей с Егором.

– Без шоколада не принимаем, – заявил освоившийся за столом Сергей.

Антон торжественно достал шоколадку и положил на стол. Ее тут же развернули, и когда, на фольге остался последний кусок, в купе вошла девочка с кривыми косичками.