Тихий омут. Не всё то золото, что блестит

Я с ранних лет сама решаю, как мне жить, и что делать!

– Повезло же тебе, Луиза. А я всё никак отделаться не могу от утомляющей опеки, и щенячьих ласк. – С завистью проговорила Кира, и полезла в сумку за паспортом и билетом на самолёт.

– Не расстраивайся. Ты уже, можно сказать, свободна! Сейчас сядем в самолёт, и через несколько часов ты будешь так далеко от всего, что тебя гнетёт, что даже не вспомнишь, откуда ты.

Подруги прошли паспортный контроль, и в скором времени наслаждались холодными алкогольными напитками в салоне гигантского авиалайнера.

Спутница Киры, как и большинство пассажиров, достаточно усиленно налегала на бесплатный бар, и погрузилась в глубокий сон уже на половине пути, оставив свою подругу в тихом одиночестве. Свет в салоне был приглушён, и только на другом конце лайнера раздавался детский плач. Кира, для которой этот полёт был всего вторым в жизни, после детской поездки с мамой в санаторий, немного боялась, и не могла последовать примеру своей подруги. Она сидела без движения, и старалась смотреть в сторону, не позволяя взгляду направиться в чёрную бездну.

– Ах! – только и смогла произнести девушка.

Не просто темнота, а нечто большее предстало взору Киры. Не было видно ни единого проблеска света, только пустота, в которую словно стремительно мчался огромный лайнер. Дрожь пробрала Киру, и по всему телу зашевелились волоски. В голове начали крутиться мысли о том, насколько велик её шанс, выжить, если полёт внезапно прервётся.

Неизвестно, сколько бы ещё времени Кира смотрела в пугающую пустоту, как вдруг, её взгляд сфокусировался на собственном отражении. Ужас от увиденного во много раз был страшнее крушения. На стекле иллюминатора, красовалось отражение лица Киры, но она не узнала сама себя – чрезмерно худое, костлявое лицо, бледное и безжизненное. Однако, страшнее всего были глаза, точнее то, что было на их месте – пустота. Словно тьма проникла сквозь фюзеляж, и поглотив «зеркала души» превратила их в холодные, и пугающие пропасти.

Секунды хватило Кире, чтобы вдоволь насладиться увиденным отражением, и она в страхе отпрянула, откинувшись на спинку кресла.

– Это было очень странно! – скорбно пробурчала Кира, осознавшая, что теперь ей точно не удастся скоротать время полёта во сне.

– Ты что-то сказала, дорогуша? – сквозь сон пробормотала Луиза.

– Нет, не обращай внимания, спи, Луиза. – Засмущалась своего испуга Кира.