Лаки. Исцеление порока

Нам с Ким совсем не хотелось спать, и мы

продолжали обсуждать одну тему за другой.

– Слушай Лаки, как ты думаешь, то, что мы настолько бездарно проживаем свою

жизнь, повлияет ли на то, что будет после жизни?

– Даже не знаю. Иногда в моменты, когда я трезвый и мыслю здраво, мне

становится откровенно стыдно перед родителями, за то, как я живу. Мне кажется, что они

смотрят на меня сверху, да-да именно сверху, кто погиб такой страшной смертью в любом

случае обязан попасть в рай, если он все-таки существует, и очень сильно

разочаровываются в том, кого родили и вырастили.

мной после смерти, но если я их там встречу… я не смогу смотреть им в глаза, мне будет

стыдно. Но потом я напиваюсь в очередной раз и, наконец, меня эти мысли покидают, и я

продолжаю жить.

– Хм, мне бы тоже, наверное, было стыдно… – задумчиво произнесла Ким – а я вот

надеюсь, что после это жизни не будет ничего, я просто уйду в небытие и успокоюсь на

веки.

Почувствовав мой удивленный взгляд на себе, Ким продолжила:

– Мне 23 года, а я уже столько всего видела, столько всего натворила, придумала

кучу оправданий для себя, но я знаю, что если после этой жизни настанет судный день, то… мне просто нечего будет сказать, у меня не будет аргументов в свою защиту.

хочу оправдываться ни перед кем, за то, какая я была, потому, что этому, наверное, нет

оправданий. – Ким закинула ноги на кресло, в котором сидела и задумчиво положила

голову на колени.

– А как же Алекс? Ты хочешь, чтобы он ушел в пустоту? – недоумевающе спросил

я.

– Знаешь, даже пустота лучше, чем такая жизнь. Алекс еще ребенок, но ему

приходится поставлять всю эту химию таким же детям, даже еще младше. Однажды

старшеклассник перебрал с «дурью» и захлебнулся собственной слюной практически на

руках у Алекса. Ты не представляешь, в каком состоянии был мой брат, он хотел уйти из

этого бизнеса, но его сначала избили до полусмерти, потом надругались над ним, но он

готов был умереть, только не травить детей.

убьют меня на его глазах, если он не продолжит приносить доход. Он согласился

продавать смерть другим подросткам ради жизни грязной проститутки. Он живет

ненавидя и себя и меня и весь мир, но не может ничего поделать с этим,… Да, я хочу,

чтобы Алекс ушел в пустоту, в спокойствие. – Мария залпом выпила пол стакана виски, и

отвернулась к окну.