Цена равновесия. Узник чёрного камня 3

– Для хорошего учёного, добыть сто грамм спирта плёвое дело, его практически из любого пищевого продукта можно вытащить, – пояснил один из учёных, размахивая пробиркой с остатками спиртосодержащей жидкости.

– А из опилок тоже выгнать сможешь? – я провёл ботинком по полу, где неизвестно откуда появились металлические опилки.

– Из металлических? – мужик на несколько секунд задумался. – Нет, из металлических, точно не смогу, ик.

– Вы не ученые, а сборище анонимных алкоголиков. Всем покинуть грузовой трюм, до прибытия на место, будете по каютам сидеть, под замком! Встали, пошли! – я, чуть ли не пинками выпроводил полупьяных учёных из грузового трюма, и приказал десантникам выделить для них каюты, в которых и запереть, до тех пор, пока не протрезвеют.

– Капитан, не нужно так сильно возмущаться по этому поводу, люди больше десяти лет просидели на базе без возможности вернуться домой.

– Профессор, а вы-то тут что делаете, в рубку управления посторонним вход закрыт.

– Я вас искал, хотел попросить включить терминал общегалактической информационной сети. Я почти десять лет просидел без возможности получить хоть какую-то информацию о жизни за пределами базы.

– Связь не работает в подпространстве.

– Да, да, я знаю, но мы же не всё время в нём будем находиться, – профессор состроил жалобную физиономию как малолетний пацан.

– Ворон, сколько осталось до выхода?

– Сорок семь минут, потом коррекция курса около часа и снова гиперпрыжок.

– На первый раз мне и этого будет вполне достаточно, если вы, конечно, позволите войти в сеть.

– Будет вам доступ, самим хотелось бы узнать, что происходит, – я подошёл к панели управления, и настроил связь на скачивание файлов новостных каналов за последние три дня.

– А что происходит? – профессор ухватился за мои слова, поняв, что за последнее время произошло что-то явно не очень хорошее.

– Вторжение профессор, вторжение. Кто они и откуда, я пока не знаю, точнее о том кто, догадываюсь, но от этого не легче.

– И кто это? – профессор явно передумал покидать рубку, и устроился в кресле оператора связи.

– Некто Катари, большего сказать не могу, потому что сам почти ничего не знаю.