Хроника одного задания

– Хорошо, а то мне не с руки их искать, внимание лишнее привлекать.

– Понятно.

– Нужно устроить засаду, но так, чтобы ни единая душа о ней не прознала. Скоро уйдут несколько рот, лагерь опустеет.

– Мы же партизаны, Алексей. Это я возьму на себя.

– В поле зрения должна быть землянка с Тишковым и Руденко, а также под наблюдение нужно взять Губарева, но, главное, Чепца. Вот с последнего глаз не сводить.

– Неужели Никита!? – сильно удивился Чертак.

– Возможно, надо проверить.

– Думаешь, постарается убрать командиров.

– Время для этого подходящее! Ну всё, расходимся.

Движение в лагере лишь на первый взгляд выглядело хаотическим, на самом деле, каждый знал, что делать, куда идти. Берестов прошёл в типографию. Там никого не было. «Хорошо, – подумал Алексей, и принялся копаться в куче фотографий, стараясь найти те, крайне нужные, – ага, вот они, Чепец здесь неплохо вышел. Теперь бы дед не сплоховал». Сунув фотокарточку в планшет, вышел наружу и стал глазами искать деда. Шумейко облюбовал себе одно место и предпочитал проводить время там.

Поиски заняли некоторое время, но увенчались успехом. Макар Осипович занимался хозяйственными вопросами возле конюшни, пыхтя своей трубкой, с которой не расставался. Говорил по сему случаю: «Товарищ Сталин трубку курит, видать, думать помогает. Вот и мне не грех пустую голову полезным забивать».

– Здорово, дед – Шумейко любил, когда с ним запросто, по-свойски.

– А, Алёша, и тебе здоровья желаю. С чем пожаловал? Ты говори, а я буду дело делать. А то, видишь, сбруя в негодность пришла.

– Делай, делай. У меня к тебе вопрос имеется, крайне важный. Без тебя мне никак не обойтись.

– Оно, конечно, если так – проговорил польщённый дед, – сказывай, не тяни жилы-то.

– Я тебе несколько фотографий покажу. Ты рассмотри их очень внимательно, очень. Архангелы твои, дед, мне покоя не дают.

– Что так? Аль в бога веруешь?

– В бога не в бога, а верую.

Дед взял их аккуратно, поднёс к глазам и стал рассматривать.

– А что, Алёша, тебя интересует-то конкретно?

– Ты смотри пока, не отвлекайся.

Шумейко пыхтел, всматривался, щурил глаза, перекладывал фотографии.

– Да что ты хочешь от меня? – наконец, не выдержал Макар Осипович, – ничего особенного не вижу!

– А вот на это лицо посмотри, – Алексей указал сначала на Губарева.

На деда смотрел молодой партизан до тридцати лет.