Молодежь в деревне

Тогда наш благородный кавалер поднялся с лавочки и опять предложил их проводить до дома, но его снова задержал Коля.

– Петь, можно тебя на пару слов?

– Ну, что хотел?

– Пошли домой, а?

– Но девчонки…

– Знаешь, что я тебе скажу… – И он во все горло выкрикнул: – Да пошли они на хер, эти долбаные мокрощелки! Да мне уже их общество поперек горла стоит! Приперлись хрен знает зачем, хрен знает куда! Да еще голодной крокодилице на растерзание чуть не угодил! Давай домой, тебе сказано! Иначе я за себя не ручаюсь!

Как ни странно, Петя возражать не стал, даже не начал свое обычное брюзжание.

Он только обернулся и громко пожелал всем спокойной ночи, и они пошли в обратный путь к себе в родную Николаевку.

Дорога домой оказалась куда тяжелее, чем в Зубриловку. Хмель уже почти выветрился, и на смену ему пришел брат бодун. Да и веселых спутниц уже рядом не было, за разговорами, шутками с которыми любой путь все же веселей.

Грязь тяжелыми грузилами отяжеляла обувь, идти становилось с каждым километром все тяжелее.

Им казалось, что они прошли полпути, когда решили передохнуть на поваленном железобетонном столбе. Друзья присели на него и попросту сразу уснули.

Спали, как им показалось, недолго, но на самом деле они проспали около двух часов. И если бы не холод и моросящий дождь, они бы остались, возможно, даже до утра.

Первым проснулся Колька. Он встал кое-как, огляделся и понял, что, судя по фонарям, они ушли совсем недалеко, примерно километра три. А делать нечего, надо идти, не до утра же здесь прозябать.

Так ведь простудиться можно раз плюнуть, а то и чего посерьезнее подхватить. И он начал поднимать своего друга.

– Петро, вставай, – тряс его за шиворот Коля. Но тот что-то промямлил сквозь сон, но просыпаться не спешил. – Вставай, мать твою за ногу! – прокричал Николай ему в самое ухо. Бесполезно. Тогда он решил припугнуть соню.

– Подъем, сука, волки! – Тот подскочил как ошпаренный. И будто в подтверждение его слов откуда-то действительно раздался вой.

И разбираться, кто это там, собаки или все-таки волки, желания не было. И они пустились бежать, не обращая внимания на усталость и тяжелую от налипшей грязи обувь.

Остановились друзья, еле дыша, уже в своей деревне, возле развилки двух улиц, где ребятам нужно было расходиться каждому в свою сторону. Сколько они бежали, не мог бы точно сказать ни один из них. Но, судя по тому, что еще не начало рассветать, они сделали вывод, что добежали примерно минут за сорок.