Подкова для черепахи

Зеленоватое закатное небо сменилось чёрным полотном, и лишь звёзды и свет, отражающийся от Парящих островов, освещали дорогу до Трёхпалого перекрёстка. Сам городок никогда не спал. Ведь путники могут добраться до него в любое время, а значит, лавки должны быть открыты, и товары освещены. Все, кто не занимался продажей всякой всячины путешественникам, торговали свечами и маслом для ламп торговцев. Товар второй необходимости для такого городка. Всё, что изготавливалось сверх нужд города, уходило в Буерак.

В таверне Судапа обстановка была угрюмой, висела очень напряжённая тишина. Такая часто переходит в драку. Потасовки в тавернах и на постоялых дворах для того и придумали. Разрядить обстановку, взбодриться или сэкономить на браге. При удачном завершении может появиться опьянённый развлечением завсегдатай или укрепившийся в своём самолюбии герой и предложить всем по кружке за его счёт.

Когда в открывшуюся дверь зашли четверо с двумя бочонками, тишина опустилась на уровень глубже, и, казалось, могла поглотить сама себя.

– Вроде мы вовремя, – ухмыльнулся герой и, видя столь знакомые взгляды, снова почувствовал себя за стойкой “Трёх топоров”.

6: ПОДВИГ ПО ПУТИ

Судап отблагодарил героев за первоклассную брагу, которую можно разбавлять без заметной потери качества. На самом деле, её необходимо разбавлять, иначе завсегдатаи таверны почувствуют заметное улучшение качества.

Хозяин усадил своих спасителей за столик и, помимо вознаграждения в виде питар, о которых ему пришлось напомнить, заставил стол едой и кружками браги. Очень скоро к ним присоединился секундант Гнеи. Это был видавший недолю воин. Карта шрамов на его теле говорила о том, что он не зря и вовремя сменил род деятельности. Тощий, крепкий и лишённый привлекательности. Лишённый ненамеренно, но наверняка. Когда-то его лицо могло быть симпатичным, но эти дни давно минули, а его поведение до сих пор не приняло этой перемены облика.

– Сахарная моя, как погляжу, ты справилась, – сказал он, сев за стол и тут же приложившись к первой попавшейся под руку кружке. – Пока мы не начали отмечать твой очередной подвиг, поделись со своим секундантом цифрами, и я заполню журнал.

– Мы же договаривались, – Гнея бросила на своего секунданта испепеляющий взгляд. – Я Гнея и только Гнея. Два волла и одна бочка.