Во славу Отечества!

Подумайте, господа, в вашем распоряжении две минуты.

Закончив речь, капитан уже привычным жестом откинул наружную крышку своих часов и стал ждать. В это время двери зала быстро раскрылась, и в комнату вбежал запыхавшийся вестовой. Он подскочил к капитану и что-то быстро зашептал.

– Все ясно. Всех в Петропавловку, – приказал Покровский, и солдат немедленно бросился исполнять его приказ.

– Вам интересно, что случилось? Охотно удовлетворю ваше любопытство. Нашей артиллерией потоплена «Аврора», а рядом с дворцом толпой растерзан Дыбенко, главный помощник господина Керенского в его неудачном заговоре.

Эти слова молниеносно подействовали на министров. Через пять минут телеграмма была составлена и вручена Покровскому.

– Я очень рад, господа, что вы сделали этот важный шаг. Телеграмма будет немедленно отправлена его превосходительству, а пока вам придется временно побыть под присмотром фельдфебеля. Он назначается комендантом дворца и сможет навести здесь полный порядок.

– Не извольте беспокоиться, вашбродь, муха не пролетит! – радостно произнес Савельев, чётко откозыряв капитану, который вместе с листком бумаги направился к дверям.

У самого выхода Покровский остановился и вместо прощания произнес:

– Согласитесь, господа, что это лучше казематов крепости, в которую, я думаю, вас было бы очень трудно доставить из-за сопротивления толпы.

В ответ господа министры, все как один, облегченно закивали головами.

Корнилов прибыл в столицу через сутки, встреченный на вокзале «почётным караулом» из министров Временного правительства и восторженной толпой горожан, воочию желающих увидеть собственными глазами Верховного правителя России.

Ближе к ночи усталый, но бодрый генерал потребовал к себе Покровского.

– Так вот кому я обязан столь громким званием, – произнес Корнилов, крепко пожимая руку капитану, – спасибо за всё, сделанное вами, дорогой Алексей Михайлович, не только от меня лично, но и от всей России!

– Служу Отечеству! – коротко ответил Покровский, щелкнув каблуками и склонив голову.

– Если бы не ваш самоотверженный прорыв в город, всё могло бы закончиться для нас всех очень плачевно. Сидеть бы нам с вами в Петропавловке как важным государственным преступникам, – произнёс Корнилов и улыбнулся.