Путешествие начинается

 – «Если продолжить накручивать себя, то недолго и инфаркт схлопотать…»

Внезапно что-то резануло ее по ушам. Какой-то до боли знакомый звук. Она удивленно повернула голову и вдруг почувствовала смутную волну ужаса, разрастающуюся с каждой секундой. Это была гитара. Кто-то перебирал струны акустики. Легкие аккорды в стиле фламенко.

Сарита замерла, ощущая, как по спине пробегают мурашки.

– Ты солнце, обжигающее меня. Без тебя я мертв… – тихий голос. Такой знакомый. Или ей кажется?

– К-кто это? – проговорила она, с трудом ворочая языком.

– Я как розы цветок, что все тянется к свету, я как жаждущий влаги в пустыне бескрайней, без тебя, моя прелесть, счастья мне нету, без тебя моя радость, на сердце мне рана…

Сарита знала эту песню. Одна из любимых у Гаспара – «Баллада влюбленного». Он часто пел ее во время выступлений, и некоторые дамочки даже рыдали – так проникновенно он ее исполнял. И сейчас – этот же тембр, нежно-вкрадчивая манера пения…

– Ну-ка хватит! – крикнула Сарита с такой силой, что ее голос отскочил от стен домов и глухим эхом исчез где-то в глубине улицы.

Пение и гитара смолкли. Затем до ушей девушки донеслись неторопливые шаги, и в одной из арок между зданиями она увидела его. Невысокий мужской силуэт с гитарой на плече, голову которого украшала фетровая шляпа. Ноги Сариты подкосились, и она едва не плюхнулась на брусчатку.

– Снова ты, – глухой баритон молотом ударил по ее ушам, и она едва не заорала во всю глотку от ужаса. Это был голос Гаспара, его невозможно было перепутать.

– Уходи… Уходи… – прошептала Сарита, из которой мигом вылетел весь хмель.

– Глупая шлюха… Все болтаешься по ночам, как и раньше.

– Откуда ты зна… – пропищала Сарита, ощущая, как льется по вискам пот. Как же откуда? Он ведь умер, и теперь может настигнуть ее везде, где угодно. «Это твое воображение,» – твердил ей здравый смысл, все больше и больше съеживающийся и отступающий куда-то далеко на задний план. – «Призраков не существует.

– Ну вот мы и встретились. Подойди ко мне, – приказал голос. Она точно улавливала в нем нотки тембра Гаспара. Но действительно ли это так? Или ей все кажется?

– Боишься? Ну ничего. Все равно я тебя еще найду, – голос стал тише, а затем перетек в едва различимый смех, похожий на шуршание жухлых листьев.

– Не трогай меня! – завизжала Сарита и бросилась прочь со всех ног. Она чувствовала себя ланью, которую вот-вот загонит гепард.