Заслоняя радугу

Он оставлял фотокамеры, он выстраивал датчики то по системе Кра?диса, то зеркально. За эти два месяца нахождения на Киаллан он обследовал каждый камень в локациях, зафиксированных орбитальной группировкой. Перебрал каждый камешек в поисках тех поселений – круглых, словно подносы в кафетерии на Арбате. Ни-че-го.

«Такого просто не может быть», – в который раз повторил он себе. И в который раз услышал голос искина – «Но это очевидный факт, спорить против которого – затея глупая и бесперспективная».

– Бесперспективная, – повторил он вслух.

– Я здесь, капитан, – Зося отозвался мгновенно.

Гайза вздохнул:

– Ничего. Это я просто так, сам с собой. – Он убрал фляжку и вернулся к сборам. – Расскажи, как там погода на орбите?

– Навигационная погода стандартная, местное светило входит в период понижения активности, прошедшая вчера магнитная буря прошла по касательной, едва задев дальние батареи. Я фиксирую очаговые магнитные колебания на Киаллан, которые могут повлиять на скорость и безопасность взлета и возможность консервации жилого посадочного модуля.

Источник выясняю. По предварительным данным, колебания находятся на глубине 100–150 метров под поверхностью Киаллан и имеют множественный характер.

Голос Зоси лился фоном, Гайза упаковывал результаты анализа образцов грунта и проверял правильность маркировки по журналу, сосредоточенно крыжил в файле-напоминалке выполненное и просматривал список дел на оставшуюся ночь.

– В каком смысле «множественный»? – он зевнул.

– В том смысле, что очагов более десятка.

Пятнадцать, в частности. Меня, признаться, беспокоит, что один из них находится в непосредственной близости от вашего транспортного модуля, капитан. Я бы предложил ускорить подготовку к возвращению на борт, но по моим расчетам ускорение процедуры позволит вам подняться с поверхности на один час тринадцать минут ранее, что не является фактором, существенно влияющим на вашу безопасность… В силу этого…

– Зося, ты знаешь, как я «люблю», когда ты так говоришь…

Искин помолчал.

– Я так выражаю свою обеспокоенность. – отозвался, наконец. – В конце концов, это очень неразумно – потерять капитана исследовательской миссии, нацеленной на поиск внеземного разума, на излете этой самой миссии. Мое существование потеряет всякий смысл.

Капитан усмехнулся. Проигнорировав последнее замечание, поправил:

– Нацеленной на поиск и защиту малоразвитых разумных популяций.

– Я так и сказал, – искин обиженно смолк.