Криабал. Свет в глазах

А вот принц Перетрекумб не был так щепетилен. Он лопал все, что перед ним ставили, перемазал бороду мясным соком и даже забрызгал соусом собственную лысину. Лысина у него была знатная, блестящая, увенчанная огромным родимым пятном. В народе шептались, что это знак его королевского достоинства.

Аккурат напротив Перетрекумба восседал его младший брат, Остозилар. Абсолютно не похожий на старшего. Прямо-таки субтильный по меркам цвергов, узкоплечий, длинноволосый. Вместо косматой неряшливой бородищи – аккуратно расчесанная, умащенная маслом бородка.

Ну а между принцами, во главе стола сидел их отец, король Тсаригетхорн. Очень старый, абсолютно седой и весь скрюченный цверг. Его лицо словно превратилось в одну сплошную морщину.

Кресло, в котором его разместили, было огромным. А король – маленьким. Он занимал едва половину сиденья, был обложен подушками и поминутно кашлял.

И ему не было дела ни до Фырдуза, ни до его новостей. Через посредство Брастомгруда кобольд наконец передал послание от Тревдохрада и на словах рассказал все, что уже рассказал воеводе… но это никого не заинтересовало. Король только уставился на него пустым взглядом и промямлил:

– Так вы бежали от хобиев?.. Поразительно…

После этого он смолк, предоставляя остальное своим сыновьям, советникам и воеводам.

Те, однако, отнеслись к известиям равнодушно. Перетрекумб выслушал историю Фырдуза с любопытством, но только лишь как занятную историю. Кажется, он вообще не осознал, что это все правда, что хобии и йоркзерии действительно обложили границы Яминии.

Остозилар же принялся гневно фыркать. Именно он читал вслух послание Тревдохрада – читал вслух, громко, с выражением… и с язвительными комментариями. Каждое слово он нещадно критиковал, переиначивал и открыто издевался. В его изложении Тревдохрад получался бездарным дурачком, пошедшим искать вчерашний сон.

– …И он, значит, погиб от случайной хобийской стрелы? – ядовито спросил принц. – Ну-ну. Я почему-то даже и не удивлен. Всегда думал, что он закончит как-то вот так – нелепо и бесполезно.

Брастомгруд стиснул мозолистые кулачищи, но ничего не сказал.

– Да и можем ли мы вообще верить этому… кобольду? – с отвращением глянул на Фырдуза Остозилар. – Их страну захватили хобии, мы все это знаем.