Вершители. Часть 1. Посох Велеса

Собрала свертки, положила назад, в шкатулку.

– Нет, что-то здесь не так. Мама никогда не занималась колдовством и волхованием. Она директор краевого музея! Понимаете? Ученый человек! – она подняла вверх указательный палец. – Не ей ересью всякой заниматься.

Глаза старушки потемнели.

– Ересью, говоришь? – она привстала, и дымок вокруг нее замер, словно окаменел. Кате почему-то стало тяжело дышать. – А то, что Ярушка делала нынче, – тоже ересь?!

Катя кивнула, шумно сглотнув.

– Так, может, на костер нас, еретичек? Али в реку с камнем на шее?!

– Бабушка Могиня, вы что такое говорите? – испугалась Катя.

 – Я не это имела в виду, честное слово… Я про то, что мы все в это не верим… Не может моя мама знать все это, – Катя примирительно обвела руками их узкое, отгороженное от мира темным дымом пространство.

Старушка замолчала, успокаиваясь. Потом усмехнулась:

– Ты говори-говори, внучка, да не заговаривайся. Края у нас суровые, люди тебя по-всякому понять могут… Да и времена нынче неспокойные.

А про то, что матушка твоя к ведовству непригодная, – так о том мне не ведомо. Вижу то, что говорю. Через тебя вижу. Поживем – увидим…

У Кати снова зашумело в голове. Она так надеялась, что сейчас узнает разгадку всей этой странной истории, все решится и маму просто приведут из другой комнаты.

«Загадок стало только больше, и теперь вообще неясно, зачем я сюда попала», – мелькнуло у нее в голове.

Тишину нарушил голос Ярушки:

– Бабушка, а что, если дядюшка Стар поможет разгадать?

Старушка хмыкнула недоверчиво, но Катя, услышав, ухватилась за эту идею, как за спасательный круг.

– Вдруг и вправду поможет. А кто это?

– Это учитель мой, – ответила с готовностью Ярослава, – волхв из Аркаима, очень сведущ в книгах древних. Может, он что и встречал, – заметив, что бабушка и мать считают идею обратиться к учителю сомнительной, Ярушка стала приводить новые аргументы в ее защиту: – Ведь ты сама сказывала, что сундук этот древний-предревний, так о том в книгах древних указание должно быть!

Бабушка призадумалась.

Видно, уж очень ей не хотелось привлекать к этому делу волхва.

– Дело-то семейное, – с сомнением пробормотала она, вглядываясь в облака темного тумана, наведенного Ярославой, – а он – чужая кровь.

– Бабушка! – завела было Ярослава, но Могиня глянула на нее так, что та примолкла, отвела взгляд.

– Сами управимся, – отрезала она и обернулась к Ефросинье.