Конец сказки

Решения сходки отмене не подлежат.

Грибника выслушали недовольно, но с почтением. Среди леших он издревле уважаем, ибо подобно Полисуну – дух-хозяин не одного леса, а целой тварной семьи. Не волков только, а грибов – всех грибов, сколько их ни есть на русской земле, да и в Кащеевом Царстве. Так что у Грибника везде глаза, везде уши, все он знает и все запоминает.

При этом руку Лесовика Грибник держит крепко. Хоть и режут люди его подданных почем зря, к Кащею на поклон Грибник не идет, любви к царю нежити не испытывает.

Он повелевал грибами, когда Кащея еще и в зачине-то не было. Сам похож на гриб с длинной седой бородой.

– Так что на том и порешим, – ударил кулаком по ладони Лесовик. – Ты, Полисун, волков своих отзови и ступай прочь. И ты, Пущевик, уходи подобру-поздорову. Не срамитесь перед иноземными гостями.

Иноземные гости на поляне и вправду были. Гостьи, точнее – две зеленокожие девицы с листвой вместо волос. Финист, уже видавший таких прежде, шепнул Бречиславу с Яромиром, что это дриады.

В грецких и фряжских лесах они вместо леших… да в общем-то и есть лешие, только в бабьем обличье.

Под их взглядами Пущевик стушевался. Русские лешие монасями живут не всегда, завлекают порой в чащу приглянувшуюся девку, да и оборачивают ее лисункой. Но лисунки – это не лешие, а лешачьи подруги. Как русалки при водяных.

А тут именно лешие, но женщины. Такого Пущевик прежде не видывал. И донельзя этим изумленный, протестовал не очень-то и громко.

Да и понимал, что силы неравны, закатных леших куда больше.

Еще немного поворчал для острастки и махнул рукой, отправился восвояси.

Следом захромал и Полисун. Был он тяжело ранен, на землю текла сукровица. Оставшиеся без приказов волки стали медленно разбредаться.

– И не возвращайтесь! – крикнул им вслед Мусаил.

Ему тоже досталось. Кожа-кора покрылась выбоинами и сколами, голова-шишка потеряла несколько чешуек. Левая рука отломилась, и из нее сочилась смола.

Но для лешего эта беда – не беда. Заживет, вылечится, станет сильней прежнего.

Довольный, что отстоял вотчину, Мусаил пообещал оборотням:

– Лешие в вашу с мертвым царем свару не полезут. Будьте спокойны.

– Но помогать тоже не станете? – уточнил Бречислав.

– Это уж сам понимаешь. Мы духи земли, а не людские заступники. Да и прав кое в чем Пущевик – коли Кащей вас всех истребит, лесу вольготней станет.

– А что ж ты тогда ему не помогаешь? – хмыкнул Финист.

– Не годится так потому что, – угрюмо ответил Мусаил.