Легенда о Фейлель

«Если он – евнух, – почему-то обречённо подумала она, – то я могу стать кем угодно… И женой хана… Мне всё равно…»

Торубер сделал знак рукой, и жёны послушно покинули решётчатый балкон, увлекая за собой ставшую вдруг равнодушной Эливейн.

– 21 —

– Ты? – гневно воскликнул Торубер, как только все возможные свидетели их беседы покинули зал.

– Я, – спокойно ответил Динаэль. – Вы полагали меня мёртвым? Вы ошибались.

– Как ты посмел пробраться в мой дворец? Ты – борец за Добро? Или обман стал добродетелью?

– Увы, я не столь чист, как хотелось бы, – вздохнул молодой человек.

– Так это были твои послания… – усмехнулся хан. – Упрямство сродни глупости, – звучно проговорил Чёрный Колдун, выпрямляясь во весь рост и глядя в глаза своему неопытному противнику. – Будь ты хоть чуточку умнее, ты бы внял предостережениям судьбы, когда я проигнорировал твои вызовы.

В правой руке Торубера сверкнул магический меч, в левой, словно сотворившись из воздуха, появился Чёрный Жезл. Колдун был поистине страшен.

Динаэль спокойно взглянул на Торубера. Конечно, молодой волшебник был слабее чародея, укрепившего свой магический талант десятилетиями тренировок и войн, которые постоянно вели войска хана, сея беды и разорения всем, не щадя ни женщин, ни стариков, ни детей… Что мог противопоставить Тёмному Магу Динаэль? Только добрую силу волшебника, изначально немалую, но пока не сравнимую по мощи с чарами Торубера, и своё горящее светом сердце.

Динаэль почувствовал, как по периметру зала по воле Торубера встала заградительная магическая стена.

– Предусмотрительно, – вслух проговорил Дин, – чтобы не причинить вреда роскошным апартаментам?

– Разумеется, – усмехнулся хан. – Я ценю то, что принадлежит мне.

Динаэль ничего не ответил, только пожал плечами. В его руках блеснул волшебный клинок.

– 22 —

Эливейн не поехала домой. Она велела кучеру отогнать карету к особняку, а сама отправилась пешком по извилистой тропинке над рекой.

Дело в том, что господин Перлик, переселившись в эти края, купил не только огромный дом, но и немалый участок земли вдоль реки, с лугом и густым, давно не хоженым лесом.