Черный махаон

Он наблюдал, как она торопливо зашнуровывает кеды, как в панике ищет на вешалке у входа джинсовку, которая покоилась на подлокотнике кресла здесь, в комнате, и улыбался мечтательно. Взгляд скользил от открывшихся из-под жесткого ворота офисной блузки позвонков на тонкой шее по плечам, талии, задерживаясь там, где больше всего хотелось касаться.

– Это ищешь? – он прислонился плечом к стойке дверного проема. В руке – ее куртка.

Яна протянула руку, застыла в нерешительности. Опасливо мазнула взглядом по дерзкой ухмылке, зацепилась за отчаянно светлые глаза, яркие, как омуты.

Он смотрел долго, изучающе, будто фотографируя каждое ее движение, каждый поворот головы.

– Когда мы увидимся снова? – проговорил спокойно, будто ничего не произошло.

Она опешила, замерла на мгновение.

– Зачем?

– Ты мне нравишься, и я хочу тебя видеть.

Яна порывисто выдохнула, сделал шаг назад, к двери: она по-прежнему старалась держаться от него подальше:

– Слушай, я очень благодарна тебе за помощь.

Я даже почти не сержусь за эту идиотскую выходку на балконе. Но мне это не надо, ты понимаешь? НЕ-НА-ДО! У меня, кроме шуток, семья и ребенок. Мне нафиг не нужна интрижка на стороне. Никакая. Ни с кем. Понимаешь?

Он склонил голову на плечо, кивнул:

– Так когда? Если ты не назовешь день, я назначу его сам. Последняя попытка взять инициативу в свои руки. Считаю до пяти. Раз. Два.

– Ты больной, да? – Яна с отчаянием отшатнулась.

– Три. Четыре. Последний шанс.

Она скрестила руки на груди и плотно сжала губы, посмотрела с вызовом. Он усмехнулся и отрезал:

– Пять, – вручил джинсовку и добавил вкрадчиво: – Я буду ждать тебя завтра у твоего дома, Яна Владимировна Зимина?. Восемнадцать тридцать. Форма одежды – удобная.

Яна посмотрела на него холодно. Равнодушно пожала плечами и дернула за ручку входной двери. Конечно, та не поддалась. Яна дернула еще раз.

Парень подошел, положил горячую ладонь ей на поясницу, другой мягко надавил на золотистый рычаг и толкнул наружу:

– И не надо мне ломать дверь… До завтра.

9

Она поднималась в лифте, остро чувствуя голод и раздражение. Едва распахнув дверь, услышала шум воды в ванной и мятный аромат шампуня: Влад дома.

Данте уже растянулся на входе, сыто и сонно подмигнул и подозрительно принюхался. Яна покосилась на собаку, пристроила джинсовку на вешалку, сама опустилась на круглый пуф под зеркалом, уставилась в пол.