Непростые истории 4: Печальные звёзды, счастливые звёзды

Однако отжать клапан кармана, достать фонай и задействовать космопоиск прямо под пылающим вдохновением взглядом – было бы в крайней степени неприлично. Да и зачем? Парень мне нравился, а то, что он произносил чужие слова, нисколько не умаляло его обаяния и искренности. И голос, которым он повторял банальщину, был томным, низким, сексуальным – сердце замирало. К тому же мне вовсе не хотелось лезть в карман, а хотелось дотронуться до его щеки, до гладкой, с легким пушком, словно у ибистого фиглика, кожи – и не пальцами! Лизнуть язычком, провести влажным кончиком до губ и…

– «Любимая, я поведу тебя к самому краю Вселенной!» – отчаянно взывал мой красавец, силясь привлечь внимание к тому, о чем он, собственно, вещал.

Мы стояли на аэрокрыше одной из высоток, крепко вцепившись в поручни.

Внизу разливалось море огней, смутно рисовались линии проводов; колышущимися темными пятнами то там, то тут проступали верхушки пальмовых парков. В небе вокруг вспыхивали точки лётотаксов и гасли, садясь на крыши.

Один из таких и примчал нас сюда после того, как мы провели междувременье в загородном доме красавчика, о чем я, например, нисколечко не жалела. Он, судя по восхищенным речам, тоже.

Влюбилась я, что ли? О! Наступать снова и снова на одни и те же крюкабли я не собиралась. Но вот развлечься, тем более что его карманы набиты пойнтами – почему нет?

Я подцепила богатика – кстати, его зовут Морлисом – на вечеринке по случаю рождения моей подружки Лю.

С детства обожаю конкуренцию. Мне нужно всегда быть во главе, пусть и зарабатываю на жизнь мытьем тарелок, и все же я – прирожденный лидер – не важно, о чем идет речь: о том, чтобы первой нанюхаться храппасиков или же уложить мужика в межвремёнку – ну, сами понимаете, зачем. Возможно, потому крюкабли то и дело возникали на моем пути.

На сей раз все было по-другому. Красавец и богач (два в одном!) Морлис понравился мне настолько, что я растерялась и, даже не попытавшись отодвинуть подругу, просто отошла в сторону, спокойно себе храппилась в одиночку, не обращая ни на кого внимания. Оказалось, что это было лучшей тактикой.

Вскоре Морлис обратил внимание на одинокую девушку – то есть меня – и, бросив «брюктели» разной спелости, подсел за мой столик.