Неслужебный роман

Холодный душ, торопливые сборы, и времени на чашку кофе опять в обрез.

Быстро проглотив обжигающе-горький напиток, он схватил ключи от машины в одну руку, увесистый портфель – в другую, и выскочил на лестничную площадку.

В кармане завибрировал сотовый. Уже забегая в лифт, Руслан взглянул на экран – Борис.

– Алло, Боря, буду через двадцать минут, – коротко ответил, – без меня не начинай.

Хотя и так ясно – будет ждать.

Уже через восемнадцать минут, спасибо еще спящим в этот выходной день москвичам, он вышел из темно-синего «Крайслера» и, оставив его на полупустой стоянке, вошел внутрь Делового центра.

Огромные стеклянные двери распахнулись перед ним почтительно и услужливо: серо-голубые панели, тонкие вставки зеркал и аскетичные люстры. Темные диваны в клиентской зоне пусты, что еще раз доказывало – сегодня никто не будет отвлекать.

Зеркальный лифт мягко увлек его вверх, на родной пятый этаж, в офис, в котором он проводил гораздо больше часов, чем дома. Который, по сути, и являлся его домом.

«Адвокатское бюро «Стерх», офис 512. Прозрачные стены отделяли холл от зоны ресепшн, владений офис-менеджера и его помощницы, Арнии Николаевны.

Если бы у адвокатских контор было официальное лицо, то Арния Николаевна с легкостью прошла бы кастинг: высокая, стройная, несмотря на свои пятьдесят с большим «хвостиком» лет, всегда в безупречно белой, словно перо стерха, блузке и узкой черной юбке ниже колен.

– А-арния Николаевна! – увидев ее величественное лицо, воскликнул Руслан виновато. – Выходной же! Отчего Вы не дома?

Пожилая секретарь удивленно посмотрела на него через очки-половинки:

– Что? Сидеть дома и варить борщ внукам? Грешно не воспользоваться случаем и не сбежать, когда от тебя этого меньше всего ждут…

Руслан догадался:

– Что, дочка опять собралась в отпуск без детей?

Арния Николаевна сняла очки, доверительно наклонилась к Руслану:

– Более того, она решила, что мне уже пора на пенсию! Представляете? – и она выразительно подняла вверх указательный палец, что свидетельствовало о высшей степени ее возмущения.

Арния Николаевна была из тех женщин, которые категорически отказывались стареть.