Неслужебный роман

Папа всё еще задумчиво размахивал опахалом над шашлыком.

– Пап, – Наташка принюхалась, – ты уверен, что еще не пора снимать с решетки? А то пахнет так, будто уже почти поздно…

В самом деле, от мангала поднимался густой аромат пережаренного мяса.

Мама бросилась на выручку едва не загубленному ужину, тетя Света громоподобно расхохоталась, Наташка засуетилась. Одни мы с Женькой стояли в задумчивости: я от самой задумчивости, Женька – от того, что я вцепилась в ее локоть.

Подошел Столбов. Я заметила, как его рука поднялась вверх в намерении приобнять меня за плечи, но Пашка вовремя натолкнулся на мой взгляд и безвольно опустил руку.

– Вот на секундочку отошел, а здесь уже коллапс, – ехидно отметил он и подмигнул мне, засовывая руки глубоко в карманы.

У меня закипело внутри, выплескиваясь:

– Твое мнение забыли спросить!

Женька дернулась и больно толкнула меня под ребра. Мама и Наташка замерли, а тетя Света округлила глаза. Над столом повисла неловкая пауза.

Пашка примирительно улыбнулся, устраиваясь на лавке:

– Не кипятись.

«Шутка юмора». Как достали эти его дурацкие словечки. Меня передернуло.

– Давайте ужинать, – словно выйдя из анабиоза, снова засуетилась мама.

Наташка и мама отчаянно шутили весь вечер, стараясь разрядить обстановку. Тетя Света больше не хохотала, испепеляя меня взглядом. Она даже ела меньше обычного, так как глаза были заняты не выбором очередного куска мяса, а лицезрением моей физиономии. Пашка загадочно улыбался.

Мне показалось, или в его улыбке сквозит победа?

Я похолодела. Черт дернул меня сорваться. Можно же было придумать колкую шуточку. А сейчас…приходится терпеть эту самодовольную физиономию.

Женька пнула меня под столом: на меня все смотрели.

– Ты не ответила, Лид, – Женька пришла на помощь. – Тебя тетя Света спросила, всё в том же месте ты работаешь.

– Да, в том же, – кивнула. – Стабильность – наше все.

Тетя Света наклонилась ко мне через стол, выразительно выпучив глаза:

– А Пашка-то у меня ввысь пошел.

– На повышение? – уточнила Женька.

Тетя Света кивнула, не отрывая от меня взгляда, будто гипнотизируя:

– Точно. На повышение. Большие дела теперь парень делает.

Да уж. Здесь я, видимо, должна была впечатлиться. Я прислушалась к себе – ничего, никаких эмоций, кроме раздражения.

– О, круто. И чем теперь занимаешься, Паш? – вовремя встряла Наташа, не дав мне сказать еще какую-нибудь колкость.