Навигатор. Код имплементации: 40. Часть 1

Но модуляция зоны записей с энергона пока идет туго: мне кажется, надо сменить кодировку и уже адаптировать данные под нейросеть «Фокуса», как считаешь? – он присел на спинку дивана, скрестил руки на груди.

Артем рассеянно кивнул. Ульяна исподтишка наблюдала за ним, с тревогой читая озабоченность и беспокойство. Она отчетливо чувствовала: что-то происходит. И это «что-то» занимает голову Артема гораздо больше, чем состояние нейросети корабля.

– М-м, да ты, брат, меня не слушаешь, – протянул Вася Крыж.

– Поговорить надо.

Команда напряглась. Ребята подтянулись к зоне совещаний, расселись вокруг стола. На белоснежной глянцевой поверхности отразились их напряженные лица.

Пауков занял место напротив Ульяны. Помолчал, собираясь с мыслями:

– Ребят, рассказываю, как есть. Кромлех под следствием. Идет активно на сотрудничество. Факт прорыва на территорию Коклурна с целью добычи его артефактов и расширение границ сектора отрицает. Связь с Чи Лаваном, а также предположение, что он и есть Чи Лаван и организатор государственного переворота, отрицает полностью.

– Ни фига себе, – Вася Крыж присвистнул.

– Ты даже не представляешь, на сколько, – он мрачно хмыкнул. – Дальше больше. Обвинение в причастности к похищению посла Намбула и его гибели с Кромлеха сняты, – ребята растерянно переглянулись. Ульяна, не отрываясь, следила за Артемом. С тоской подмечала, как темнеют его глаза, как наливаются холодной сталью.

Тимофей улыбнулся:

– Но ведь это же несерьезно, Артем Геннадьевич.

– Нет записей «Сционы». И архива Кромлеха нет, – Артём невесело хмыкнул, уставился в пол. – В деле отсутствуют свидетельства причастности Кромлеха. Ничего, кроме наших показаний. Которые преподносятся сейчас как фейк. – Он посмотрел прямо на Ульяну, заглянул в глаза: – Они намерены сделать очную ставку между тобой и Кромлехом.

– Что? – Ульяна решила, что бредит.

– Кромлех утверждает, что ты была с ним в сговоре и к нейросети «Сционы» подключилась добровольно, отчётливо осознавая, зачем.

Ульяна приоткрыла рот.

– Но ведь… – она растерянно улыбнулась. – Но ведь было медицинское освидетельствование… Все эти раны. Психотравма…

Генетик мрачно молчал, упёрся локтями в колени. Ребята переглядывались.

– Сабо утверждает, что не наносил тебе увечий.