Убийства в топе

Илья хранил там табельное оружие, было неудобно заставлять его каждый день преодолевать чулочно-носочные завалы. Ей всегда были слишком чужды все эти земные вопросы типа уборки, приготовления еды или, например, оплаты всевозможных квитанций. Найдя, наконец, хоть что-то не слишком мятое, Ева переоделась, повесив пижаму прямо на зеркало. Потом посмотрела на мужа и не выдержала:

– Представляешь, умер еще один претендент на премию.

– Ты опасная женщина, Ева Капс! – заулыбался он. – Помоги мне бог, если однажды я буду стоять у тебя на пути.

Ева возмущенно зарычала и отправилась в прихожую, крикнув напоследок:

– С тобой вообще невозможно говорить серьезно!

***

– И что ты обо всем этом думаешь? – Ева влетела в кофейню, опоздав на десять минут, но это уже стало традицией, так что коллега не возмущалась.

– Вот так сразу? Даже чаю не попьем? – нервно хихикнула Кира, уворачиваясь от мокрого Евиного зонта, который та пыталась пристроить поблизости.

Ева опустилась на диванчик и поймала взгляд официанта, попутно разматывая шарф.

– Мне, пожалуйста, большой американо и брускетту с лососем.

Парень кивнул и ушел к азиату за другим столиком, а Кира поморщилась.

– Как ты пьешь эту гадость, да еще и без сахара. – Кира обняла ладошками свой латте.

– Просто не люблю сладкое.

Прищурившись, подруга придвинула свой штрудель к себе поближе.

– Чертовы зожники, – буркнула она и подцепила кусок пирога вместе с мороженым.

Ева улыбнулась, но тут же вернулась к повестке:

–Итак, что мы имеем? Двое из пяти мертвы. Случайность? Что ты знаешь об их смерти?

Кира потерла подбородок и начала:

– Неделю назад Дэна Петрова нашли дома в постели. Предварительно передоз, точный диагноз будет позднее, после лабораторных анализов. Там была большая гулянка, ближе к утру какая-то парочка гостей пыталась потрахаться в его спальне и наткнулась на него.

Ева вздохнула.

– Это не выглядит так уж подозрительно. Если, конечно, не смотреть на ситуацию… по-детективски, – ввернула она несуществующее слово.

– Ага. Типичная ситуевина для тех, кто в юном возрасте дорвался до больших денег и гламурной жизни. – Кира развела руками.

Официант принес кофе и брускетту, Ева взялась за нож.

– Ему, кстати, было 27, – добавила Кира.