Дзен московского олигарха

Он рассеянно пожал плечом:

– Что значит «пошутили»? Это обычная практика.

– Ну… кому я нужна, в самом деле? – девушке было непривычно разговаривать с человеком, не видя его глаз, но Глеб смотрел на дорогу. Варавара закусила губу и тоже уставилась в лобовое стекло.

– Вы, может быть, никому и не нужны сами по себе, – резонно заметил мужчина, сворачивая к дому и притормаживая у широкого крыльца. – Но вы – еще одна уязвимость Григория Толмачева. Потому, нравится вам это или нет, считаться с новым положением дел придется, – он повернулся к ней, полоснул темно-серой сталью глаз.

У девушки покраснели уши:

– Я что, все вам должна рассказывать? Обо всем докладывать?!

– Нет. Но я должен знать, где вы и с кем. С вами будут работать люди, они отвечают за вашу безопасность, поэтому заставлять их нервничать – свинство.

Варвара пробормотала:

– Понятно. Это и есть инструктаж? Я могу идти?

Он выдернул ключи из замка зажигания, дернул ручку двери:

– Нет, это ваши индивидуальные инструкции в связи со случившимся только что инцидентом. Да… И нервировать меня и моих людей своими нормами, пунктами, конституциями тоже не рекомендую. Нет ничего более неприятного, чем озлобившийся на объект охраны охранник.

Он вышел из машины, обойдя ее спереди, распахнул дверцу и подал Варваре руку.

Девушка вздернула подбородок, царственно вложила пальцы в открытую мужскую ладонь, выскользнула на дорогу.

– То есть вы – мой бодигард? – проговорила кокетливо.

Глеб криво усмехнулся:

– Я занимаюсь охраной только главного «боди» и его бизнеса, – отозвался он с сарказмом в голосе. – Но вам непременно предоставлю самого сексапильного из всех телохранителей, которые есть у меня в штате.

* * *

Все собрались в кабинете Толмачева. Кого-то из приглашенных Варвара уже знала, других видела впервые.

Во главе стола расположился, собственно, сам хозяин заводов, дворцов и пароходов, олигарх и владелец крупнейшей ай-ти компании Григорий Григорьевич Толмачев – невысокий худощавый мужчина. На вид ему не было и сорока лет, хотя по паспорту – пятьдесят восемь, насколько Варвара знала.