Прекрасный жасмин и Неукротимый ветер

Старуха округлила глаза и попыталась встать, однако больные отекшие ноги не позволили.

Мирэя сидела одна в лачуге и вновь думала о своей жизни. Неподалёку стоял кувшин для умывания или питья, цветок Кунти начал сохнуть, и девушка немного полила его. Где-то снаружи раздались женские голоса, затем шорохи и хруст веток. Мирэя была уверена, это просто ходят пленницы. Она достала из сумки тот диковинный браслет, который остался в разрушенном храме от раненого, и в очередной раз стала рассматривать. Девушка и сама не знала, зачем взяла его с собой… возможно, ей хотелось, чтобы вещь стала своего рода талисманом… Вошла намокшая от дождя Кунти с двумя чашами, наполненными рисом и вареными овощами, в том числе теми питательными плодами.

Мирэя спрятала браслет в потайной карман на поясе.

– Наш ужин, – сказала с улыбкой Кунти и подала чашу девушке.

Та понюхала, еда была свежей, потекли слюнки, она была очень голодная и стала есть. Опустошив чашу, Мирэя спросила, из чего сделана посудина.

– Из навоза… – ответила, жуя с полным ртом, Кунти.

Еду она брала прямо руками, чему следовала и новоприбывшая. Ответ ошеломил чужеземку, стало противно. Когда она ела, то съела и торчащую частицу в чаше, чем оказался навоз… Мирэя сморщилась, а Кунти закатилась в смехе.

– Молчать! – раздался голос стражницы, проверяющей перед сном лачуги. – Всем спать!

Девочка сразу замолчала, но хихикала в руку.

Вскоре настала ночь, Кунти уснула, Мирэя тоже прилегла. Шумела листва, хрустели ветви, к чему уже привыкла спящая.

Однако позже показалось, что шелест слишком громкий, а по земле стучат копыта… Мирэя открыла глаза и присела, будучи в том же светлом, а ныне испачканном платье. Она прислушалась, затем выглянула в щели на стенах. Совершенно внезапно вблизи оказался мужчина в тюрбане. Девушка ахнула и отползла.

– Кунти, здесь какие-то мужчины… – сказала она девочке.

Та с трудом открыла сонные глаза и не поняла, что происходит. Неожиданно ветвистую дверь рывком оторвали, то же самое происходило и в соседних лачугах.

Поднялся шум, женщины закричали.

– Кунти, кто это?! – воскликнула с округленными глазами напуганная Мирэя.

– Я не знаю… это чужие… – ответила девочка, прижимаясь к дальней стене.

Оторвавший дверь индиец стал входить, в руке его был кинжал. Он ринулся к девочке и хотел схватить ее. Отважная Мирэя вспомнила про камни у цветка и, схватив один тяжелый, стукнула по голове разбойника.