Вода

 – Не щадить ни себя, ни врага!

Антон вытянулся стрункой, уже предчувствуя, как будет рвать немцев на тряпки. Он покосился на соратников, они тоже были на мази. Решающее сражение и победа в нем гарантировали переход на новый уровень. Это сулило шанс обеспечить себя игрой еще на один год, иметь возможность выхода в финал, а потом, глядишь, исполнятся заветные мечты – слава, деньги, все прелести жизни успешных киберспортсменов.

Ротмистров закончил и взял под козырек. Четверо бойцов хором ответили:

– Служим Советскому Союзу!

Генерал-лейтенант снял очки, обрисовал перед собой руками нечто, что сразу превратилось в объемную карту местности, красной каплей отобразил точку, куда им следовало прибыть, затем по-отечески посмотрел на всех и растворился в воздухе.

Антон повернулся к Фрицу и передразнил:

– «Че эта? Сталин?» – Он гоготнул. – Сталин! Ну ты дала жару!

– Пошел ты, – огрызнулся Фриц.

В отделении управления Т-34 разместился Цыган, который был водителем, рядом втиснулся Антон.

Запахло мужским потом вперемешку с керосином.

Функция Антона в танке была неполноценной, как он считал. Будучи радистом, работать по профилю он не мог – радиоаппаратура давно сломалась, а денег на покупку и установку новой не имелось. В ведении Антона оставался только пулемет в правой боковой части – по сути, пукалка, которая особой роли в бою не играла. Часто требовалась помощь водителю: рычаг переключения скоростей был тугим и нещадно заедал, и тогда Антон наваливался на него всем телом, помогая Цыгану.

Вот и вся роль Антона в команде. Он был недоволен этим, но понимал, что на другое претендовать пока не может из-за нехватки опыта и профессионализма.

Командир – Одноглазый – занял свое место в боевом отсеке наверху и поставил ноги на плечи Цыгану. Рядом с командиром устроился Фриц.

Внутри было тепло. Антон представил, что будет на поле боя – невыносимая духота и жарища. Цыган выжал сцепление, вытянул поршень насоса, машина завибрировала и загудела.

Он переключил рычаг на первую скорость и потянул ручку газа. Танк двинулся вперед, кабину заполнили шум и лязг. Все знали, что слышимость с этой минуты нулевая.

Антону на своем месте не было доступа к прибору кругового обзора. Все, чем он располагал, – окошко для пулеметной стрельбы диаметром в палец. Запахло жженым, неясно откуда – из танка или из неисправного шлема. Антон стиснул зубы и решил не обращать на это внимания. Совсем скоро они были на месте.