Острые шипы и темные души

– А ты прекрати вонять! – тут же сказала резкая дама.

– Кто бы говорил, сама смердишь аки дикий зверь! – продолжил барон, чем обратил на себя внимание гостей.

Баронесса ткнула пальцем ему в бок, дабы успокоить. Преподнесли подарки остальные друзья, кто-то привез картину, другие статуэтки, а третьи даже ковер из ценных нитей.

– А мы, получается, без подарка, – прошептала Мэделин подружке.

– Хм… думаешь, кареты, украшенной позолотой, мало от нашей семьи… – с ноткой колкости ответила Беатрис, чему добавочной виной было красное в бокале.

После вручения довольный и даже покрасневший от внимания Верджил пригласил в столовую. Там ожидали слуги и принялись обслуживать гостей, были расставлены и соединены столы с белыми скатертями, на них изобилие блюд и напитков. Присутствующие угощались и общались. Рядом с Мэделин остановились Лорен и леди Кэтрин. Вторая спросила о самочувствии матери миссис Гринвуд.

– О, всё хуже и хуже, теряет вес, пропадает память, порой вовсе не узнает нас с сестрой… боюсь, что вскоре случится самое страшное… – отвечала печальная Лорен, вздыхая.

Но когда леди отвлеклась на слугу, миссис Гринвуд быстро взглянула на стоящую неподалёку сестру взглядом абсолютно другим, нежели грустным, скорее это было мимолетное проявление нелюбви или даже ненависти. Прозорливая Мэделин уловила, однако пока не понимала сути. Повернулась леди и продолжила сопереживать даме, теряющей любимую матушку.

– Это очень тяжело, когда близкие болеют, особенно в пожилом возрасте, когда их ум слабеет и приходит помешательство… – говорила Кэтрин.

При речи она навела взгляд на Мэдди, что смотрела на Лорен, и четко показал ей свое плохое отношение, словно юная в чем-то провинилась. Ее черные глаза источали холодок, Мэделин первая увела взор и немного отошла. Но она услышала, как леди нарочно завела беседу о ее семье и якобы к слову спросила, правд ли, что дочери мистера Фэйна даже не окончили университет.

– У вас замечательная дочка, Верджил. Мы тоже с мужем мечтаем о второй девочке, наша первая дочь уже повзрослела и скоро отдалится от нас… – говорила неподалеку супруга статс-секретаря.

– Благодарю, но вся заслуга моей дорогой супруги, – ответил именинник.