Острые шипы и темные души

Несмотря на то, что на первый взгляд юная обладала вполне обычной внешностью, она могла обаять лишь одним глубоким взором, будто яркий драгоценный изумруд. В ней была особенная красота… непорочная и чистая, как и ее душа. Где-то она наивная в силу возраста и светлого восприятия мира, где-то сообразительная и прозорливая, но очевидно умная и талантливая. Ее мягкие пышные локоны русого цвета были всегда собраны в аккуратную прическу, узорные губки у нее притягательного розового оттенка складывались подобно лепесткам цветка, часто могли слегка размыкаться от разных эмоций, а узенький нос выглядел анфас ювелирно, лишь в профиль была заметна легкая выпуклость по всей длине, что совершенно не портило, а придавало своего шарма и индивидуальности.

Вслед за отцом Мэделин пошла в музыкальную.

К вечеру с пикника вернулась Ребекка не в духе. Сестра вошла в ее спальню и поинтересовалась о случившемся. Старшая сидела на пуфе возле зеркала и, рывками снимая прическу, ответила:

– Хм… Ламберту младшему вдруг показалось, что я как-то не так смотрела на его друга… Вздор и только!

Зная свободный нрав Бекки, Мэделин решила осторожно уточнить, не позволила ли себе лишнего сестра.

На это старшая возмутилась, бросила расческу и заявила:

– Я, по-твоему, невоспитанная?!

– Прости, я не хотела тебя обидеть… но я не воспитание имела в виду, – попыталась оправдаться Мэдди, чем сделала лишь хуже.

Старшая вскипела.

– Я тебя вообще не приглашала в свою комнату! – заявила она, захлестнув от недовольства нижнюю губу на тонкую верхнюю.

 – А Ламберт… да пошел он к черту, этот Ламберт! – выругалась она.

Мэделин ахнула, подобные словечки были неприемлемы для дам, да и господ, однако таким образом тот избалованный юноша ругался на слуг и всех, кто ниже его по статусу. Младшая расстроилась и вышла.

Спустя время, когда Джонатан заканчивал университет, его пригласили читать лекции. Мэделин выпал шанс выступить на сцене королевского театра, где будут присутствовать титулованные персоны, и если ее игра понравится графине, которая управляет консерваторией, то юную возьмут в королевский оркестр с возможностью сольных выступлений, о чем она грезила с детства.

Играть на большой сцене произведения великих, а также написанные собственноручно – предел ее мечтаний. Перед намечающимся выступлением Мэделин приходилось усердно готовиться, порой она даже забывала присоединиться к трапезе. В один такой раз в комнату резко вошел отец и возмутился неуважению к семье.