Меримусса – любовь повелителя, или Путь в новый мир

Мистер Далтон подскочил с софы так, что выплеснул из бокала красное вино себе пиджак. Торопливо выйдя в холл, Рэндал застал на лестнице девушку и, расплываясь в улыбке, оживленно обратился:

– Мисс! Я так рад нашей долгожданной встрече! Умоляю, не уходите, дайте мне шанс, я постараюсь завоевать ваше доверие.

Доверия не было, но и не оно одно главное в такой ситуации. Лиони удрученно посмотрела на совершенно непривлекательного для нее мужчину и начала медленно отворачиваться. Грейс, наблюдавшая это из-за дверного косяка, пришла в очередной раз в ярость из-за несносного и упертого характера падчерицы.

Она решила, что завтра же выгони девушку вон, тем более никаких препятствий для этого не было: вдова уже получила все необходимые документы на право собственности дома и распоряжения счетом в банке.

Вдруг мистер Далтон произнес:

– Я нашёл Дороти.

Лиони остановилась и, округлив глаза, затем повернулась. Заметив произведенный эффект, банкир продолжил:

– И я могу вернуть её, она будет работать у меня в доме, и вы снова можете быть вместе.

Сколько хотите и когда хотите… Как в старые добрые времена.

Услышав о любимой нянечке, Лиони не выдержала, слёзы покатились из глаз. Так остро девушке захотелось увидеть и обнять родную душу. Она спустилась вниз и подошла к гостю. Мистер Далтон достал из кармана пиджака бархатную бордовую коробочку и, открыв, подал ей. Внутри было кольцо с крупным бриллиантом. Лиони приняла подарок, хоть и не надела украшение.

Хитрому банкиру удалось получить согласие девушки на брак, подкупив её не драгоценностями и статусом, а надеждой. Дороти находилась в другом городе, и мистер Далтон обещал в ближайшее время организовать приезд нянечки в свой дом.

7

Заключать брак в церкви Лиони отказалась, и по просьбе Рэндала священник сам пришёл в дом банкира в качестве исключения и за хорошую оплату. Потом уже прихожане узнали о таком, по их мнению, неуважительном поступке по отношению к вере и осудили богохульную девицу.

На улице при виде её прохожие косились и перешёптывались.

На свадьбу Лиони надела платье, которое выбрал сам жених. Ей было всё равно, в чём вступать в нежеланный, ненавистный брак. Длинная фата полностью закрывала лицо девушки, скрывая глаза, из которых то и дело норовили пробиться слёзы.

По окончании обряда священник уехал. В дом были приглашены гости, ибо такое мероприятие без свидетелей выглядело бы странно и невежливо.