Ребенок

Так потрясающе я себя не чувствовала никогда в жизни: мне казалось, что через меня пропускают мягкий электрический разряд, заставляя каждое нервное волокно самозабвенно натягиваться.

Из последних сил я заставила себя произвести короткий арифметический расчет. Согласно моей арифметике, до начала месячных оставалось дня три. Я поделилась этим с Антоном.

– Это подарок судьбы! – сказал он с таким искренним чувством, что последние вертевшиеся в голове сомнения (словно грязная вода, образовавшая воронку в ванне) разом ухнули в благословенную черную дыру.

«Удивительно!»

Странно, что это была первая мысль, вспыхнувшая в голове после того, как меня отпустило волнение. «Удивительно, что в один и тот же день я впервые поднялась на вершину горы и к незнакомым доселе вершинам ощущений». Победоносно развернувшись у подножия Чегета после спуска и оценив пройденный путь, я подумала, что нет ничего более восхитительного, чем покорять. Сейчас же я от всей души считала, что покоряться и вручать любимому человеку саму себя вместе со всем своим прошлым и будущим не менее прекрасно.

Было в тот вечер еще одно чувство, которое я испытала, пожалуй, впервые в жизни, – это чувство настоящей, идущей от самого сердца благодарности. Разумеется, мне было не в новинку говорить спасибо, но только тогда, когда Антон бережно отстранился от меня, лег рядом и прижал к себе мою голову, целуя волосы, я поняла, насколько я могу быть благодарна. Благодарна за внимание и крайнюю предупредительность, с которой он помог мне совершить этот важнейший шаг.

Не менее благодарна я была и за «таблетки от детей» (хоть их и не пришлось пустить в дело) – столько раз я слышала о полном равнодушии мужчин к этим проблемам («им лишь бы получить удовольствие, а там – хоть трава не расти!»). Нет, что касается «мужского вопроса», судьба решительно встала на мою сторону!

Разумеется, я не могла не заметить, что в любви Антон действовал очень умело, как умело руководил и мной самой, но это только грело мне душу: как и в тот единственный вечер, проведенный с Ильей Семеновичем полтора года назад, я ощущала, что рядом со мной и мудрый отец, и нежный любовник.

И воспоминание словно подхлестнуло меня, доводя до предела все чувства разом: я резко приподнялась, обхватила Антона за шею и прижала к себе изо всех сил, словно ребенок, боящийся, что у него отберут любимую игрушку.

– Ты что? – спросил он недоуменно и даже испуганно.