Рожденный Богом

Воздух наполнялся влагой, но Петр Михайлович чувствовал себя так, как будто его тело мгновенно иссохло, отдав всю живительную влагу для этого дождя за окном.

– Здравствуй, Власий Петрович.

– Здравствуй, здравствуй, Петр Михайлович, – пожал собеседник руку.

В кабинете Родова сидел человек лет шестидесяти с длинными седыми волосами, собранными в конский хвост, длинной седой бородой, посредине которой, как бы пробегала черная тропка – в молодости его волосы были темнее. Власий Петрович был среднего роста, но до сих пор могуч в плечах, хотя ходил, опираясь на палку – левая нога подводит.

Карие глаза казалось, наблюдают за тобой повсюду, будь ты даже за спиной. Он был одет в кожаные штаны и коричневую рубашку, расстегнутую на груди. Старик больше напоминал хиппи, за которого его часто и принимали, оборачиваясь в след и крутя пальцем у виска – дед сошел с ума на старости лет[1 - Рассвет движения»«Хиппи»» пришелся на конец 80-х годов прошлого столетия. Однако они стали появляться уже в середине 70-х годов. ].

– Как все прошло? – заинтересованно поинтересовался Волосов Власий Петрович.

– Екатерину жаль, – тихо выдохнул Родов. – Молодая ведь еще. Ей бы рожать и рожать, а она… – он посмотрел в открытое окно, в котором начинал разбег новый день.

– Да, жаль Катюшу – хорошая девка была, – вздохнул Власий. – Илья как?

– Как мы и ожидали: здоровый мальчик, крепкий и хватка у него, – Петр Михайлович вспомнил, как младенец держал его за палец. – Молоко пьет за троих, если так дальше пойдет, надо будет пополнять наши запасы.

– Михалыч, как думаешь это?.. – старик осмотрелся, будто боялся, что их подслушивают. – Думаешь, это ОН?

– Не знаю, Петрович. Не знаю. Все совпадает, но кто даст гарантию, что в это, же время где-то еще не родился такой, же ребенок, – доктор внимательно посмотрел на собеседника.

– Никто не даст, – согласился Власий. – Все же надеюсь, что Екатерина погибла не зря, дав жизнь новому человеку… Когда ты его выпишешь?

– Я бы хотел его еще понаблюдать, – поспешил ответить Родов.

 – А через пару дней можешь забрать его. Ты ведь у него теперь один остался, – тяжело вздохнул он. – Ни матери, ни отца…

– Да, жалко Кольку, хорошим был сыном – послушным и понятливым.

– Кто же знал, что та плита рухнет на него за месяц до появления сына.

– Работа убила его, – прикрыл старик глаза, вспоминая тот день.

Каково это услышать, что твоего сына на стройке убило сорвавшейся бетонной плитой? Екатерина тогда была на даче у матери.