Былины сего времени

Кащеевы же придворные глумливо скалились, перешептывались, а какой-то огромный людоящер гулко рокотал.

– Песку в этих часах – на три минуты, – сказал Кащей, ставя их на подлокотник. – Ровно три минуты я не буду защищаться. Если за это время сумеешь меня сразить – твое счастье. Уйдешь живым и даже с наградой. Не сумеешь – пеняй на себя.

На лице Ингвара отразилось сомнение. В своих силах он был уверен, но король Кащей тоже что-то уж слишком уверенно говорит. Молодой йомсвикинг не отличался хитростью, но глупцом его все же не называли.

А те, кто называл – недолго потом радовались.

Ингвар покосился влево. Покосился вправо. Там и там хладными статуями высились дивии – эти ужасные Кащеевы гридни. Ингвар не надеялся одолеть сразу двоих. Видал он их в бою. В королевство Кащея йомсвикинг явился не только сам-друг с Бьярни – с ними было еще четверо кнехтов. Но они столкнулись с дивиями – и те порубили храбрых мужей, как колбасу.

– Дай слово, что соблюдешь условия поединка, Кащей! – потребовал Ингвар.

– Соблюду, не сомневайся, – ледяным голосом подтвердил тот, переворачивая часы. – Твое время пошло, норвег.

С яростью, с диким криком берсерка взмахнул Ингвар мечом. Он чувствовал силу своего вут, чувствовал, что сам Тор направляет его клинок. Йомсвикинг уже знал, видел, как булатная сталь распахивает трухлявого старикашку надвое!..

…И едва не рухнул, встретив на пути пустоту. Король Кащей с небывалой быстротой ушел из-под удара, отклонился всего на шаг – в самое последнее мгновение.

Еще удар!.. Еще взмах!.. Ингвар махал мечом неистово, как безумный, но каждый раз король Кащей успевал отойти, убрать голову.

– Ты же обещал не защищаться! – возмутился тяжело дышащий Ингвар.

– А я и не защищаюсь, – бесстрастно ответил Кащей. – Я увертываюсь. У тебя осталась минута, норвег.

Ингвар заработал мечом еще чаще, еще истовей. Да что толку? Тщедушный старец уклонялся от ударов с такой легкостью, словно его сдувало ветром. Ни разу еще Ингвар не встречал столь проворного противника.

– Время истекло, – произнес Кащей, едва на дно часов упала последняя песчинка. – Ты проиграл, норвег.

Голой рукой он выбил у Ингвара меч, резко подался вперед и впечатал витязю в лицо костлявую десницу. Тот замычал, задергался, но тощий старик оказался чудовищно силен. Едва коснулся висков подушечками пальцев – а сдавило словно кузнечными клещами!

Ингвар схватился за тонкое предплечье, потянул… но тут его руки обвисли.