Волонтеры Хаоса

 – Расслабленной позой и спокойным голосом темный эльф походил на психиатра. (Возможно, оттого, потому что сам Локхони чувствовал себя полным придурком.) – Нужно полагать, это сообщил сам полковник. Неужто изворотливый гоблин взмолился о помощи?

Локхони сжал кулаки так, что когти впились в ладони. Боль, как всегда, отрезвляла.

Верно. Полковник не представил доказательств. По большому счету, он НЕ МОГ этого сделать.

– Верно, доказательств нет. Тебе придется поверить мне на слово.

– Полагаю, вы так и поступили, – усмехнулся Сильвер.

– Возможно, – не стал спорить Локхони. – Но проверить-то можно. Что до вранья, не вижу особого смысла. Гоблин знает, так просто меня не взять.

Эльф качнул головой – странный, непонятный жест. Локхони предпочел не придавать ему значения. Кому-то ведь нужно руководить, верно? Для этого необходимо держаться в стороне, потому что оттуда, как известно, виднее.

– Если мы упустим этот шанс, другого может не представиться. Дети наших детей, скорее всего, уже не родятся.

– Как раз это волнует меня в последнюю очередь. Но, согласитесь, в россказни о Повелителе трудно поверить. – Продолжая улыбаться, эльф заглянул в глаза Локхони. – Тело Повелителя было уничтожено сто лет назад, во время штурма Черной Цитадали. Это факт.

– Пусть так. Однако Хозяин Ночи приходил и уходил тогда, когда ему того хотелось. И каждый раз – в новом обличье.

Наконец-то он почувствовал под ногами твердую почву. Теория Зла среди всех университетских дисциплин была его коньком. – И вот он вернулся, когда Дети Ночи более всего нуждаются в его покровительстве.

– Не знаю. – Эльф задумчиво устремил взгляд в никуда. – Я никогда не был силен в этих абстракциях. Если уничтожена форма, то и содержание не принадлежит этому миру.

Локхони вздрогнул, осознав весь комизм ситуации. Мог ли он когда-либо представить, что будет вот так запросто сидеть и беседовать с самой опасной бритвой Торментора о метафизической природе Зла?.. Разве что в кошмарном сне.

– Даже если форма Повелителя была уничтожена, содержимое могло проецироваться в иную среду. Вокруг нас – век высоких технологий, которые самостоятельно создают свои реальности.