Минута Славы. Ромфант для проснувшихся творцов

– Все расходы оплачу, только спаси Славушку! – мужчина молебно сложил руки и со всей раболепностью, на какую был способен уставился на разгневанную Василину.

– У нее сильные ожоги, сердце уже как час остановилось, – наклонилась она к Семену. – Здесь только может помочь чудо…

– За ним и пожаловали, – хором откликнулись гости, прильнув к бездыханной девочке.

– Что ж вы думаете, я вам – ваш Господь Бог, оживлять умерших умею? – иронично высказалась Василина и, теперь серьезно взглянув на девочку, задумалась.

– У тебя ж, Семен, никогда детей не было… Да и быть не могло. Вы с Тамарой, проклятые, гребете только под себя, кроме своих кошельков ни с кем не считаетесь. На тебе одном, – и она пригляделась к нему, будто подсчитывая что-то, – только сто пятнадцать грехов против совести, не считая трех смертных… А ты, Тамара, – и ведьма взглянула в заплаканное лицо молодой женщины, одетой и накрашенной по современному, – искромсала лицо, теперь тебя никакой род не признает. Чудо-юдо какое-то, а не баба! Может, только кикиморы решатся… Да и они народ приличный, уважают себя.

Василина посмотрела в потолок.

– Не должно быть детей. Что накопили за века прародители – вами все и растрачено.

Потом взглянула на еще одну пару.

– Мы крестные, – несмело отозвались те.

– Крестные… – издевательски передразнила Василина. – Где вы были, крестные? Ребенок полез на электростанцию…

– Она взрослая, умненькая, самая умненькая из всего класса! – стала оправдываться крестная, заламывая руки с длинными розовыми ногтями.

– Из детдома мы ее взяли, – стала дополнять Тамара, заламывая руки с точно такими же ногтями.

– И у вас на роду крест стоит, – всмотрелась лучше Василина. – Двести долгов перед совестью, перед законом, перед людьми, три погубленных судьбы… Да вы что тут?! Издеваетесь что ли?! Сломали мне катушки! Теперь любой дурак пожалует: кому приворожить, кого отсушить, болотной воды для денежного колодца налить!!!

Вскочила Василина и хотела уже засвистеть, чтоб прогнать из дома нежеланных гостей, но тут заметила что-то интересное, привлекшее внимание… И забыв про свист, направилась к мертвой девочке.

Люди розошлись в стороны, хватаясь за руки в надежде на чудо.

– Мертвая… а сердце бьется…

Семен ахнул.

– Не тот мускул, что ты сердцем зовешь….