Скажем, что он от меня…

К несчастью, когда мне исполнилось семь лет, она скончалась. А мама… О ней до сих пор ничего не знаю, как и об отце. И это не важно. Я сама всего добилась в жизни и сейчас готовлюсь стать мамой малыша от самого замечательного мужчины на свете, – и одарила Матвея лучезарно-фальшивой улыбкой.

Чёрный взор хоть и оставался в той же цветовой гамме, но Матвей ответил, как полагалось – ласково улыбнулся и кажется даже не фальшивил.

– Важно настоящее, а на прошлом мы только учимся, – изрёк он философски и метнул острый взгляд на Алису.

Девушка слегка поперхнулась и поспешила запить водой.

– Кстати, о настоящем, – спустя выдержанную паузу продолжила жена Шабалина. – Матвей тебе не говорил? – и уставилась на меня испытующим взглядом.

Панически начала перебирать в голове всю информацию за нынешний день, но ничего подходящего так и не приходило в голову.

– Не успел, – пришёл мне на помощь мужчина.

– Я тоже беременна, – Алиса радостно запрыгала на стуле.

– О, это же здорово! – ответила ей объятиями.

– Да. Но я немного волнуюсь, сама понимаешь, первая беременность. Как это? Что бы ты посоветовала из питания, при токсикозах, уход за собой? Ты такая красивая. Сразу видно, что беременность тебе в радость. Поделись опытом.

От данной фразы в грудине защемило так больно, что казалось слёзы вот-вот хлынут из глаз. Улыбка сменилась на болезненный оскал, природу которого никто из них не смог разгадать. Глубоко выдохнула, понимая, что моя роль сегодня – это роль счастливой и богатой дамочки Матвея Илларионова.

И я продолжила. Сменила душевный раздрай на эйфорию и углубилась в беседу. Постепенно наш стол разделился на два лагеря. Мужчины негромко беседовали о бизнесе, а женщины о тяготах беременности и новых модных фишках среди будущих мамочек.

Ближе к десерту, поняла, что малышка так жёстко упёрлась ножкой мне в мочевой пузырь, что если сейчас не найду вовремя туалет, то рискую опозориться прямо за столом.

– Простите, я до уборной, – предупредила я, отметив, как только Матвей галантно поднялся со стула наравне со мной, согласно этикету. Видимо, родители вложили в него всё, кроме чуткости к женщинам.

– Он слева по коридору, – услышала голос Алисы в спину.

Скрывшись из виду, стартанула к туалету со всех ног. Достигнув цели, и закрывшись на шпингалет, поняла, что держать всё в себе сложнее с каждой секундой.