Под защитой высших сил

– Настя, – он сжал руками ее плечи и заглянул в глаза. – Что случилось?

Она пошевелила губами и беззвучно заплакала.

– На тебя… напали? – спросил он.

Она ничего не ответила, даже не кивнула. Конечно, напали.

– С тобой… все в порядке?

Она опять не ответила.

– Пойдем, – Ракитин подтолкнул ее вверх по лестнице. – Пойдем. Где ты живешь?

– С-сумка. – Она потянулась рукой вниз. Ракитин подобрал валявшуюся на ступеньке сумку и опять подтолкнул ее к площадке второго этажа.

Он был уверен, что на его крик сбежится весь подъезд, но никто из своих норок не вылез.

Настина квартира оказалась на втором этаже. На площадке было темно.

Ракитин посветил телефоном, чтобы Настя смогла отпереть дверь, помедлил, пропуская ее в прихожую, и приказал:

– Запрись и никому не открывай, кроме меня. Я… сейчас.

Подъезд был пуст. Он дошел до последнего, девятого, этажа. Нигде никого.

Тот, кто поджидал Настю, куря от скуки, испарился? Скрылся в своей квартире?

Ракитин дошел до стальной решетки перед входом на чердак и потрогал врезанную в нее дверь.

Человек, поджидавший Настю, ушел через чердак?

Денис обошел чердачное помещение, поочередно дергая двери, ведущие в каждый из шести подъездов. Открытой оказалась дверь в четвертый. Ракитин спустился на пол-этажа. Так и есть, и здесь врезанная в решетку дверь оказалась приоткрытой.

Преступник ушел через этот подъезд? Или живет здесь и скрылся в собственной квартире?

Впрочем, квартиру можно снять.

Снять жилье, чтобы напасть на Настю ночью?

Бред. Тихая, скромная девушка. Инженер-проектировщик. Кому она могла помешать?

Или нападавшему была нужна любая девушка? Все равно какая?

Ракитин быстро достал телефон, заснял на камеру из окна двор и улицу, еще прошелся по чердаку и стал спускаться к Настиной квартире.

Страх пришел, когда за Денисом Геннадьевичем захлопнулась дверь. До этого страха не было, только тупой ступор. Даже когда кто-то схватил ее сзади рукой за горло, ей не стало страшно, она просто не успела испугаться, только подумала, что это происходит не с ней.

По-настоящему жутко ей стало сейчас. Настя метнулась к телефону и, нажимая кнопки, удивилась, что руки у нее не дрожат. А ей казалось, что она вся трясется.

– Боря, – пролепетала она и опять удивилась, что в состоянии разговаривать, – Боренька, приезжай, пожалуйста.